Боярич

А, нет. Вру. Лину краешком зацепил, когда вокруг загибавшегося урода крутился. А записи местных фиксаторов люди Гдовицкого благополучно потерли. Полностью… – Громов на миг умолк и, выдержав паузу, в точности по Станиславскому, договорил, с легкой улыбкой и явным намеком: – Так что о твоем неожиданном появлении в бункере никто не в курсе… В том числе и Георгий Дмитриевич.

– Я предполагал, что информация о моем статусе окажется вам известна. В конце концов, я особо и не скрывал своих возможностей с момента выхода из рода, – пожал я плечами и явственно почувствовал легкое разочарование, которым пахнуло от моего собеседника.

– Вот как? И кто еще… в курсе? – медленно проговорил Громов.

– Командир бестужевской дружины, сам боярин, его дочь и Лина с Милой, – перечислил я.

– Решил возродить идею школы? – пожевав губами, поинтересовался Федор Георгиевич.

– Почему бы и нет? С учебой у меня получается неплохо, да и нравится, – ответил я.

– Хм… Что ж, дело неплохое, но тебе придется трудненько, – подумав, заметил Громов. – Сейчас у тебя есть два ученика, но где ты наберешь других? Ведь у нас мало кто вообще представляет, что такое настоящие эфирники и чем они отличаются от выпускников государственных ремесленных училищ.

– Что «три»? – не понял Федор Георгиевич.

– У меня три ученика. Ольга Бестужева присоединилась к тренировкам близняшек, – пояснил я. – А через пару лет, думаю, и Леонид не откажется попробовать.

– М-да… И все-таки это немного, – помолчав, покачал головой мой собеседник и неожиданно улыбнулся. – Если бы мы с тобой только что не торговались, я бы даже посетовал на то, как склонна молодежь ошибаться в отношении денег и их количества. Но воздержусь… Как ни удивительно, ты, кажется, прекрасно понимаешь их истинную ценность. Редкость для людей твоего возраста, между прочим.

– Благодарю за комплимент, – кивнул я.

– Брось, Кирилл, – отмахнулся Громов… – Я вот к чему веду… Есть возможность пополнить твой ученический штат, правда, за счет некоторого снижения стоимости обучения.

– Скажем, вдвое, – проговорил Федор Георгиевич, и теперь пришла моя очередь качать головой.

– Не получится, – развел я руками. – Уменьшение стоимости оправдано только при увеличении количества учеников до десятка минимум. Но сейчас это приведет к зеркальному снижению качества обучения. Я ведь занимаюсь не с состоявшимися стихийниками, достигшими своего потолка. А это значит, что мне приходится контролировать каждое действие учеников на занятиях, чтобы они не перестарались и не хватили Эфира больше, чем могут удержать. А при увеличении числа обучающихся это станет куда сложнее… И дело тут совсем не в моем комфорте. Я действительно должен «вести» каждого ученика, контролировать Эфир вокруг него.