Мельницы богов

– Он был прекрасным врачом, – сказала Мэри.

– Несомненно. – Он прижался к ней всем телом.

– Конечно. Когда кому-нибудь надо было сделать операцию, все шли к Эдварду.

Она лежала на спине. Нежные руки подняли ей платье и ласкали ее тело. Руки Эдварда. Мэри закрыла глаза, чувствуя, как мягкие губы и язык ласкают ее живот. У Эдварда был такой нежный язык. Как ей это нравилось.

– Мне так приятно, дорогой, – прошептала Мэри. – Войди в меня. Пожалуйста, войди.

– Сейчас, – хрипло прозвучал его голос. Это был голос не Эдварда.

Она открыла глаза и увидела перед собой чужое, незнакомое лицо. Почувствовав, как он входит в нее, она закричала:

– Нет! Остановитесь!

Мэри резко повернулась и скатилась с дивана. С трудом она поднялась на ноги.

Олаф Петерсон удивленно смотрел на нее.

– Но…

– Нет!

Она обвела комнату глазами.

– Простите, – сказала Мэри. – Я совершила ошибку. Не думайте, что я…

Повернувшись, Мэри побежала к двери.

– Подождите! Давайте я отвезу вас домой.

Но ее уже не было.

Мэри шла по пустынным улицам. Ледяной ветер дул ей в лицо. Она чувствовала, что умирает со стыда. Нет объяснения тому, что она сделала. И нет прощения. Она опозорилась. Да еще как глупо! Напилась на виду у всего дипломатического корпуса, пошла домой к незнакомому мужчине и чуть было не дала себя соблазнить. Завтра она станет мишенью для насмешек всех вашингтонских газет.

Бен Кон слышал эту историю от трех человек, которые были в румынском посольстве. Он просмотрел колонки светской хроники во всех вашингтонских и нью-йоркских газетах. Ни слова об этом инциденте. Кто-то замял эту историю. Это мог сделать только кто-то очень влиятельный.

Кон сидел в своем крошечном кабинете в редакции, размышляя. Затем он набрал номер телефона Яна Виллерса.

– Добрый день. Мистер Виллерс на месте?

– Да. Кто его спрашивает?

– Бен Кон.

– Минуточку. – После небольшой паузы секретарь снова взяла трубку. – Извините, мистер Кон. Но мистер Виллерс только что вышел.

– Когда я смогу его застать?

– Боюсь, что сегодня это невозможно.

– Ладно.

Потом он позвонил знакомой журналистке, что вела раздел сплетен в другой газете.

– Линда, – сказал Кон, – как у тебя дела?

– Потихоньку.

– Что-нибудь интересное случилось в этом омуте?

Линда знала все, что происходит в Вашингтоне.

– Ничего, Бен. Все тихо.

– Я слышал, был какой-то скандал в румынском посольстве? – небрежным тоном спросил он.

– Правда? – настороженно спросила она.

– Ага. Ты слышала что-нибудь о новом американском после в Румынии?

– Нет. Извини, Бен, мне звонят по междугородней линии.

В трубке раздались гудки.

Тогда он позвонил своему приятелю, работающему в госдепартаменте. Когда секретарь соединила их, он сказал:

– Привет, Альфред.