Богоборец (СИ)

У нас не так много слуг осталось. Был Олег… — девушка замялась, — но сегодня утром он умер, когда мы были на аукционе. Есть ещё Кирилл. Его ты видел. И наша домработница Ольга.

— Ничего… — попытался успокоить девушку улыбкой.

— Просто у меня братья… Они — вышли из рода, когда женились. Никто из них не хочет быть Лисицыным. Хоть наш род стар и уважаем, с деньгами у нас… У отца только я осталась. А я…

Девушка поджала губы и отвернулась. Судя по тому, как дрожали её плечи, она плакала.

Лена налила воды в чайник и поставила его на плиту.

— Когда мама умерла, отец всё меньше работал и больше уделял время нам. Кто же знал, что мои братья… — не поворачивалась Лисицына, — бросят отца. Последний месяц он стал чувствовать себя хуже. А ты знаешь, какой он замечательный зельевар! Только сейчас клиентов почти нет. Урод Боровский палки в колёса ставит. Мы в отчаянии. Я… Хоть отец и не показывает, мы в — заднице! Умоляю тебя, ради Богов, чего угодно, — помоги. Я не хочу потерять ещё и отца…

Девушка отвернулась и закрыла лицо руками всхлипывая.

— Лена… — подошёл к аристократке.

— Тимофей… — обняла она меня. — Мне стыдно. Я впутала тебя тогда, на крыше, и сейчас. Прости. Но я правда не знаю, что делать. Ты меня спас, а я чего-то требую… Мне до сих пор снятся те уроды, что схватили Софью, и то, как они потом лежали мёртвые.

— Что здесь происходит, — спросил зашедший слуга. — Госпожа, всё в порядке?

— Кирилл? — отпрянула от меня девушка. — Всё… Просто я… Вспомнила о матушке, — соврала Лена.

Слуга с грустью посмотрел на Лисицыну. На его лице читалась беспомощность.

— Ваш отец ждёт. Проводите, пожалуйста, гостя, а я принесу чай.

Лена достала платок из платья и вытерла лицо. Улыбнулась Кириллу и, взяв меня за руку, повела. Мы прошли через холл и оказались у двери. Лисицына постучала.

— Входите! — раздался голос Василия.

Мы зашли в кабинет. На стене висела картина женщины. Чёрные волосы, собранные в косу. Улыбка на лице и родинка под губой. Она — точная копия Лены. Наверное, это её мать.

И самое удивительное — полотно магическое. Словно живая, женщина двигалась и посылала воздушный поцелуй. Лена даже не подняла глаза на портрет.

Василий Лисицын сидел за столом. Обстановка весьма военная. Кроме стола и небольшого кресла, рядом, в стороне, стояла тумбочка. Ещё было два стула, которые явно не из этого места. Скорее всего, многое добро уже продали…

— Елена, — позвал отец дочь, — ступай. Мы поговорим с юношей наедине. Тебе незачем…

— Нет! — выставила не самую большую грудь девушка. — Это мой друг! И я попросила его помочь. А ты хочешь, чтобы я ушла?!

Друг? Как-то не помню момента, когда мы стали ближе, чем просто знакомые. Я помог Лене, она мне.

Василий Сергеевич разочарованно помотал головой и жестом пригласил нас присесть.