Богиня

Хаос, Война и Болезнь по-прежнему проводили совместное время или молча сидя в кресле и потягивая что-то из стакана (Грант) или обливая презрением и ненавистью любое наше желание пообщаться (Альфред). Ионна и Арина были близки более чем остальные. Почти как мы с Амандой. Они или играли в шахматы или обсуждали труды великих мыслителей. Было очень интересно за ними наблюдать. Две молодые женщины, сидя на диване, вдруг застывали на пару секунд (прочитывали из базы данных талмуд), потом отмирали и начинали спорить о высоких материях.

В итоге Альфреда мы оставили в покое. «Ненависть и страх всегда одинокие», — глубокомысленно заявила София и попросила больше не цепляться к нему. Пусть сидит. Я была полностью согласная с ней. Аманда в силу своего характера многое не понимала (или не хотела понимать). Она была непосредственна и легкомысленна. Думала, что сможет изменить мир. Изменить Хранителя Страха. Но его не изменить.

В своей жизни я много раз встречала людей, объятых беспричинной злобой и ненавистью. В метро, в больнице, на улице… Совершенно непонятно, почему вдруг обычный спокойный человек вдруг становился разъяренной фурией, изрыгая проклятья и проклиная всех и вся. Женщины в одно мгновение превращались в разгневанных ведьм, мужчины — в неистовых безумцев. Увы, но ненависть всегда слепа и одинока в своем сумасшествии."

"Так Альфред и сидел в углу, злобно и презрительно кривя губы. Мы просто перестали обращать на него внимание. Грант же молча наблюдал… С непроницаемым выражением на лице, потягивая виски или бренди… Аманда иногда звала его к нам, поиграть или потанцевать, иногда он соглашался, но чаще отказывался… Без злобы и раздражения, просто ему было не интересно. Думаю даже на наших встречах все время что-то планировал, просчитывал в уме. Строил козни, выстраивал стратегии и тактики своих военных кампаний. Но всегда, где бы я ни была в комнате — я чувствовала его пристальный взгляд. Как привязанный он следовал за мной на веревочке. Даже Аманда в шутку шептала мне «Он все время на тебя смотрит, Люба. Подойди к нему, пригласи к нам — тебе он не откажет». Я злобно ей отвечала «Он, наверное, мазохист. Я его ненавижу, и он чувствует это».

Однажды мы играли в покер на желания, и громкий смех разносился по комнате. Мы так развеселились, что даже Мудрость и Тайна с интересом посматривали на нас, прислушиваясь к шуткам Аманды. Мы все, кроме Дэвида и Максима уже проиграл по разу, а некоторые и по два. И теперь самой большой нашей проблемой было выдумать, что бы еще за желание загадать проигравшему. Дэвид был Богом обмана, Макс — труда и изобретений. Первый если и мухлевал, то мы никак не могли его подловить за этим занятием, второй был просто докой во всем.