Богиня

— С удовольствием, — горячее дыхание взъерошило волосы на виске.

Атмосфера в комнате становилась все более раскованная и непринужденная. И мужская рука на талии, ранее меня напрягавшая и раздражавшая, теперь казалась естественной и на своем месте.

Прекрасное вино, экзотические фрукты, приятная музыка, а главное — мы пусть немного, но своими эмоциями все-таки воздействовали друг на друга. Радость, Азарт, Любовь, Обман, Инстинкты. Вместе получился весьма оригинальный микс.

Легкость, непринужденность, естественность и некое родство душ. Все это сблизило нас.

Я захмелела… С пьяной восхищенной улыбкой обвела взглядом друзей… Аманда привносила восторженность и смех, Саймон — азарт и любопытство, Николя олицетворял естественную природную тягу к земным удовольствиям, я же наполняла компанию мягким светом любви и доброты… Нет, мы не так сильно действовали друг на друга, как могли на людей, но все-равно легкий налет эмоции каждого прослеживался… Это я пока еще замечала. Пока еще совсем не напилась. Я знала, что в любой момент могла бы протрезветь, но не хотела этого. Мне было хорошо и весело, я совершенно не хотела приходить в себя.

Аманда была так похожа на мою Марину, оставшуюся на земле. Такая же смешливая и легкомысленная, яркая, как экзотические цветок, кокетничающая напропалую и стреляющая глазами наповал.

— Я всю свою жизнь провела с толпой народа… — смеялась она, — в нашей коммуне вместе жило почти двести человек… Я и родилась в семье хиппи. Другой жизни я и не знала. Объездила с родителями весь мир, была и в Европе, и в Мексике, и в Индии. Я так привыкла к тому, что рядом кто-то все время находится, что оставшись одна после ухода Посланника, — тут она вскинула возмущенно голову и попыталась нахмуриться. Грозный вид у нее получился так себе… — а вы все смылись почти сразу, — она ткнула в меня пальцем, — Любовь первая сбежала, потом Война, потом… — она вздохнула, — пару секунд — и я сижу она на стуле в пустой комнате… Как мне стало грустно! — всхлипнула притворно она.

— Да ладно, Аманда, не заливай, — чмокнул в щечку свою девушку Дэвид, — я уверен, ты долго не могла грустить.

— Конечно… А что мне было делать, — строить обиженную мордашку у Аманды получалось так же плохо, как у годовалого ребенка… — Я захотела в свою родную коммуну и тут же так перепугалась, как никогда в жизни — комната, где мы разговаривали с Посланником оказалась забита толпой народу и все голые! — воскликнула она, округляя глаза… Мы все засмеялись, представить эту картину."

"— Вам смешно, а я чуть не описалась со страха… — буркнула девушка, — потом присмотрелась, оказались мои знакомцы из коммуны.