Богиня

— Это было один раз, мы выпили после семинара, было весело… — он запнулся… — я не давал ей своего телефона, я не знаю, откуда она его взяла."

"Я подняла на него взгляд. Вид Алексея убивал. Таким я его никогда не видела. Лихорадочный румянец, больные тусклые глаза, искаженное лицо, страдание, глубокое искреннее смотрело на меня из глаз.

— Зачем? — еще раз тупо повторила я… — Тебе чего-то не хватало? — и хрипло добавила, — Тогда скажи мне, чего.

— Ты же врач, Люба. Ты же понимаешь, что это просто физиология… Два тела, физическая разрядка… Все просто… — шептал муж, а широкие, сильные ладони нежно гладили мои пальчики, такие знакомые, такие любимые.

— Нет, не просто… — прошептала я.

— Любимая, ты не будешь сейчас принимать никаких поспешных решений? — дрожащим испуганным голосом произнес Алексей, — да, я оступился… Это было в первый и последний раз… Прости меня, — он ткнулся лбом в мои колени, — я люблю только тебя, всегда любил и буду любить.

Мое сердце разрывалось от боли. Я даже почти не слышала, что он мне шептал, я не могла уместить в голове его ответ «Физиология».

— Я не могу сейчас думать, — тихо произнесла я, — я устала, мне нужно поспать. Мне так плохо.

— Конечно, любимая, — засуетился Алексей, подхватил меня на руки и понес в спальню… Сознание уплывало — мозг пытался защитить меня от шока. Я чувствовала дрожащие руки мужа, раздевающие меня, нежные и ласковые, чувствовала легкие прикосновения губ ко лбу и тихое «Спи, родная»… Свет погас и я отключилась.

* * *Утром я позвонила на работу и сказала, что заболела. Я действительно чувствовала себя больной и разбитой. Как будто вчера по мне проехался каток — болели все косточки и мышцы, в голове пульсировала острая игла, тупо ныло в груди сердце. «Последствия шока», — отметила я, вспомнив лекции по медицине. Я застыла и замерла в своем горе, ждала, когда же мой ум, наконец, освободиться от аффекта и начнет думать.

Алексей остался дома, наверное, боялся, чтобы я не сотворила что-то страшное и безрассудное. Принес мне завтрак на подносе, легонько поцеловал в щеку, прошептав «Доброе утро». На его лице было сумасшедшее ожидание, и иногда мелькал страх. Он боялся меня? Моей непредсказуемости?

Но я уже все для себя решила. Еще ранним утром, только проснувшись, только-только увидев краешек голубого неба в окне, я поняла, что не смогу жить с предательством. Поняла, что я слаба и не смогу простить.

Я оделась и вышла в гостиную. Алексей сидел в кресле перед дверью в спальню и держал в руках какой-то медицинский справочник, но явно не читал. Кто-то сказал «Ожидание смерти подобно». Чтобы не мучить ни себя и ни его, я сразу произнесла.

— Я подаю на развод.

— Нет, — прошептал, не веря Алексей, — какой развод?.. Ты что, любимая?

— Я не смогу простить тебя.