Богиня в спортивном костюме

- Бегом к врачу, будем спасать моего внука. А то меня Люська предаст анафеме, что не уследила.

- Маа, у тебя кровь,- простонала я, не сводя глаз с бока родительницы.

- Это томатный сок, я его тебе принесла, а эта овца меня когда ударила, пакет видно лопнул, - поморщилась Мира,- сука, испортила мне жилетку, а она бабок стоит бешенных. Давай, не стой как корова. Пошли быстрее к доктору, пока по твою душу еще кто нибудь не явился. Я так поняла, ты теперь очень мешаешь всем заграбастать денежки твоего любовничка, судя по словесному поносу твоей подружки.

Я замерла на месте, и вдруг согнулась от разрывающей внутренности боли Низ живота скрутила болезненная судорога, мешающая мыслить, соображать. Мой мальчик, я его теряю. Мать испуганно взглянула на меня, сползающую спиной по стене, и испуганной белкой ломанулась куда – то. Только мне уже было все равно. Тело рвала на части боль, равной которой я не испытывала никогда.

- Мама, Лев. Дашка сказала, что он приговорен,- успела прохрипеть я,- не дай мне потерять еще и его.

Я больше не понимала где я, кто. Чьи то руки подняли мое тело, уложили на каталку. Белый коридор, плывущие огни надо мной. Зачем?

Я ворвался в больницу, не чуя под собой ног. Вбежал, и едва не снес с ног женщину, похождую на раненого бойца.

- Наконец то, я заждалась,- голосом старухи Шапокляк, проворчала незнакомка. Только сейчас мне стало ясно, что она невероятно похожа с Олесей. Разве что натянутая мордочка, как я понял, моей будущей тещи, была испорченно капризной гримассой, которой я никогда не видел на милом Олесином лице. – Ты бы дружок, лучше выбирал себе знакомых. Слушай, к Олесе нельзя. Не пускают. Нельзя ей волноваться, понимаешь? Я ее мать. Если ты еще не понял. Мира,- протянула она маленькую, костлявую ручку, которую я принял.

Мир закачался под ногами, рассыпаясь миллионом осколков. Этого не может быть. Словно в каком то нереальном измерении, зазеркалье. И сочувствующий, словно извиняющийся взгляд Олесиной матери пригвоздил меня к полу.

- К ней не пускают. Эй, ты меня слышишь? Там Люся, она с Олеськи глаз не спустит, уж поверь.Поехали к нам. Я Лесе обещала, что не спущу с тебя глаз. Лев, это серьезно. Ты слышишь меня, горе? Тебя убить хотят.

- Где Олеся?- глухо спросил я, сам не узнавая своего голоса.- Мне нужно увидеть ее.

- Олеся борется за вашего сына,- голос Миры дрогнул.- Она сильная.

Она сильная, да. Тут Мира права. А я слабак и придурок, который не смог даже сохранить, уберечь единственное дорогое в своей жизни. Повелся на вранье Алисы. И теперь должен беспомощно ждать оглашения приговора.

- Я вернусь,- пообещал я, и резко развернувшись, пошел по больничному коридору к выходу. Ледяной ветер немного привел меня в чувства. Я достал мобильник, и набрал номер, который думал никогда мне не пригодится.