Когда боги смеются

Тебе картошку укропом посыпать?

- Леша, я задала вопрос, - сказала Настя громко и настойчиво.

- Я тоже. Так посыпать укропом или не надо?

- Надо. Ответь, пожалуйста. Я все равно не отстану.

Алексей уселся за стол напротив жены, сложил руки домиком, оперся на них подбородком.

- Ну что тебе сказать, Асенька?

- Скажи правду. Мне не утешения сейчас нужны, а твоя оценка.

- Ну что ж... Я считаю, что твой начальник прав. Но это...

- То есть ты считаешь, - прервала его Настя, - что я веду себя как несмышленыш, прячущийся за мамкину юбку? Что я несамостоятельная и безответственная?

Чистяков поморщился и сделал рукой неопределенный жест, словно пытался отогнать муху, которую не видит."

"- Я этого не говорил. Ты вполне самостоятельная и достаточно ответственная девушка, если дело касается твоих собственных обязательств. Но ведь Гордеев имел в виду, насколько я понимаю, совсем не это.

- Да, - кивнула Настя, - он имел в виду, что я должна научиться принимать решения и брать на себя ответственность за чужую жизнь, которая может пострадать, если решение будет неправильным или если я не сумею организовать его должное выполнение. Он сказал, что мне пора перестать прикидываться маленькой и неопытной, которой не поручают ничего сложного и с которой, соответственно, не может быть никакого спроса. Леша, мне никогда не приходило в голову, что я сознательно стараюсь казаться молоденькой, чтобы избегать ответственности. Понимаешь? Практически любая женщина хочет казаться молодой, это нормально, но это обычно бывает связано с тем, что она хочет оставаться привлекательной для мужчин. А я после разговора с Колобком попыталась посмотреть на себя со стороны и вдруг увидела старую бабу с морщинами и сединой, которая рядится в молоденькую, носит джинсики и маечки. У меня даже прическа как у школьницы. А ведь меня моя женская привлекательность интересует в самую последнюю очередь, если вообще интересует. Значит, что?

- Значит, у тебя тоже есть причины, по которым ты не хочешь взрослеть, но какие-то другие.

- Правильно. Другие. Те самые, о которых говорил Колобок. Наверное... неуверенно добавила она. - Наверное, те самые. Но я не уверена. Поэтому я и спрашиваю тебя. Леша, а это очень плохо, что я избегаю принимать ответственные решения? Это серьезный порок, или с этим можно жить?

- Я тебя люблю со всеми твоими пороками, - рассмеялся Чистяков. - И потом, это не единственный и далеко не главный твой недостаток. А если серьезно, Асенька, то в нашей с тобой семейной жизни этот недостаток совершенно не мешает, если нужно принять какое-то решение, то я вполне могу сделать это сам. Но на службе, конечно, картина иная. Там ты за моей широкой спиной не проживешь. Я только вот чего не понимаю: как же ты раньше-то справлялась? Ты же не первый год в розыске работаешь.