Когда боги смеются

Впрочем, Светлана знала эту особенность своего возлюбленного: единожды что-то решив, он не отступал от своего мнения, даже когда все обстоятельства, казалось бы, кричали, вопили о том, что он не прав. Он настроился на сцену разборки с ее мнимым любовником, вошел в роль и выйдет из нее только тогда, когда опустится занавес. Господи, стыд-то какой! Сейчас они его узнают...

- Володенька, это из милиции. - дрожащим голосом пояснила Светлана, видишь, мне принесли как бы фотографии подозрительных лиц, чтобы я посмотрела. Я сейчас посмотрю, и гости уйдут. Ты не волнуйся.

Околович кинул взгляд на разложенные на кухонном столе снимки, потом обвел глазами помещение и уставился на рыжую толстуху.

- А вы тоже из милиции? - поинтересовался он уже совсем другим тоном.

- Да, - коротко ответила толстуха.

- Следователем работаете?

- Нет, врачом.

- А, судебный медик, - протянул Володя. - Понятно.

Он снова повернулся к Светлане и нетерпеливо спросил:

- Ну что, узнала ты кого-нибудь?

Света чувствовала, как от волнения перехватило горло. Вот сейчас, вот сейчас они его узнают, полуголого, всклокоченного, несущего полную околесицу, не умеющего себя вести. Вот сейчас все начнется!

- Нет, - едва слышно пролепетала она, - я никого из них не знаю. То есть я как бы не помню, может, я кого-то и видела в зале, но не обратила внимания.

- Значит, нет? - огорченно переспросил милиционер с ресницами.

- Нет, - повторила она уже тверже, мечтая только о том, чтобы они поскорее убрались из ее дома.

- Ну что ж, очень жаль. Простите за беспокойство. Если у нас появятся новые лица, нам придется снова встретиться.

- Да, конечно, конечно, - быстро заговорила Светлана, провожая их к двери. Сейчас она готова была согласиться на что угодно, только бы не разыгралась сцена, которой она так боялась."

"Закрыв дверь и заперев ее изнутри на ключ, она тут же спрятала его в одной ей известное место, чтобы Володя не сбежал ночью за водкой, воспользовавшись ее крепким сном и предварительно пошарив у нее в кошельке.

- Ну что, убедился? - резко спросила она, возвращаясь в комнату, где Околович снова занял позицию на диванчике. - Зачем было устраивать этот спектакль с голым торсом в трусах?

Володя насмешливо посмотрел на нее и неторопливо переменил позу. Теперь ноги его были снова широко расставлены и вытянуты вперед.

- А она ничего, - протяжно пропел он. - Вкусненькая.

- Кто? - не поняла Светлана.

- Да эта деваха, судебный медик.

- Что?!

От изумления Светлана на несколько мгновений лишилась дара речи.

- Ты про эту рыжую толстуху говоришь? - наконец уточнила она на всякий случай.

- Ага, про нее.

Околович плотоядно улыбался, как кот перед миской с молоком.