Красивый. Богатый. Женатый (СИ)

И он самый-самый мистер Дарси всех времен, тут даже Наташка не спорит.

Все кадры знаем наизусть, но это не мешает подруге мечтательно вздыхать.

— Тебе не кажется, что стервозная мисс Бингли точь-в-точь твоя Агния? — выдает Швецова, когда я спокойно доедаю мороженое. — И тоже любит исподтишка гадить.

— Не представляю завтра ее реакцию, Наташ. Она мне говорила, что в случае проблем сразу к ней, а…

— А ты пошла просиживать под дверью Дымова, да еще и ушла с ним в закат практически. Наверняка поэтому Ирина и названивала ему, когда он с тобой прощался.

— Продержались всего двадцать минут не говорить о Дымове и его подружке… — Со вздохом смотрю на часы. — Я просто очень разозлилась, Наташ. На него, но еще больше на себя. Совсем голову потеряла. Не нужно мне было никуда ехать с ним.

— Не хотела бы — и не поехала, — резонно замечает подруга, ставя фильм на паузу. — Он не из тех, кто силком заставляет, верно?

— Абсолютно! Но я даже не думала отказаться, все так неожиданно… он так и не сказал, что будет с Юрой…

Затыкаюсь, замечая скептическую ухмылку на симпатичном лице Швецовой.

— О Юре она беспокоилась! Ага! Мне-то не рассказывай. Нравится тебе Дымов, вот и поехала.

— Ты только представь на минуточку Палыча вместо своего зеленоглазого красавчика. Ты бы с нашим лысым шефом…

— Фу-у! Ну ты и сказала. — Встаю с дивана и забираю у подруги пустую вазочку. — Думаешь, нужно было остановиться, когда он меня окликнул?

— Конечно! Ясность всегда лучше недосказанности. Может, он хотел сказать, что порвет с Ириной, если ты будешь…

— Наташ! — резко обрываю подругу. — Никаких «если», вот честно. Да, он мне очень нравится, он как-то незаметно меня собой окутал, так что я сама не отследила момент, когда он…

— Когда ты почти влюбилась, — заканчивает со смехом Швецова. — Давай уж начистоту. Если ты наберешься терпения и будешь правильно себя вести, он бросит эту козу.

Я люблю Наташку как сестру, и на многое в жизни мы смотрим одинаково, но вот здесь всегда стоим на разных берегах.

— Я не буду сидеть и с надеждой ждать, кого он там выберет. Я вообще не понимаю, как можно любить и уважать мужчину, который мечется между женщинами, не может определиться и живет годами на две семьи. Он либо слюнтяй, либо мерзавец. А всякие интриги, отбивать мужчину… себя не уважать, Наташ.

— Юношеский максимализм! — кричит мне вдогонку Швецова. — Надо быть умнее и мудрее. И Дымов точно стоит того, чтобы за него побороться.

— Нет! — коротко отвечаю я. Больше себе, чем Наташке.

Так хорошо говорить «нет», когда веришь, что управляешь собой и своими чувствами.