Локки 7. Потомок бога

— А чем оно хуже других? — пожал я плечами и пошёл по коридору, старательно осматривая его в поисках ловушек.

Асгардец что-то неразборчиво пробормотал и пошёл рядом со мной, тревожно посматривая в сторону каменной двери, будто ждал, что сейчас её откроют ящеры.

Но даже когда мы без проблем миновали коридор, дверь оставалась недвижимой, хотя крокодилы, по идее, уже должны были достичь пирамиды.

— Почему они не входят? — проговорил бог, задумчиво сдвинув брови.

— Религиозный страх, — предположил я и провёл рукой по изображению сердца, выгравированному на очередной каменной двери. — Помоги мне открыть её.

Асгардец кивнул, положил факел на пол и между делом покосился на свою раненую руку. Кровь уже перестала хлестать из плеча, а раны покрылись коркой. Оно и понятно. Его тело гораздо более крепкое, чем у обычного смертного."

"Мы с Хеймдаллем отворили дверь и проникли внутрь небольшого зала. Там воздух слегка потрескивал от энергии, сродни божественной. Теперь я чувствовал её, давеча перейдя на новый уровень, уже практически став богом. Энергия исходила от слабо светящегося зелёным светом древесного ствола, медленно и тяжело пульсирующего в середине зала.

Крона древа распадалась на тысячи тонких побегов, а те исчезали в потолке. Корни же уходили в потрескавшийся пол. А ещё тринадцать толстых, примерно с мою руку, лиан тянулись от древа к такому же количеству больших каменных саркофагов, накрытых крышками. Лианы проникали в них через отверстия в головной части. А сами саркофаги окружали древо, чьё сияние создавало мистический полусумрак.

— Хем, догадываешься, что это такое? — просипел я, указав пальцем на древо, чей глухой, умирающий пульс заставлял слабо вибрировать стены.

— Местный источник питания, — еле слышно прошептал он, открыв рот в великом удивлении, граничащем с благоговением.

Признаться, я ожидал от него другой реакции. Протеста, гордо вскинутой головы, раздражения, жгучей ненависти и злобного неохотного признания, что мне удалось выиграть наш спор. Ведь два часа ещё не миновали.

— Хм, и это всё, что ты можешь сказать? — недовольно выдал я и подошёл к ближайшему саркофагу.

— Нет, не всё, — шумно сглотнул он и положил руку на эфес меча, вонзив в меня буравящий взгляд с тлеющими искорками чуть ли не суеверного страха. — Кто ты такой?

— Локки, моё имя Локки. Ты так изумился, что забыл, как меня зовут? — пожал я плечами и навалился на толстую каменную крышку.

Та с большим трудом начала сдвигаться в сторону, оглашая зал душераздирающим скрежетом.

— Нет, Локки бы не сумел привести меня к источнику питания меньше чем за два часа. Башня ведь колоссально огромна изнутри. А ты шёл так, словно точно знал, куда нужно двигаться, — сдавленно произнёс бог и вытянул клинок из ножен.

— Хем, убери железку.