Бог злости

Я захлебываюсь слюной, задыхаясь от его обхвата и длины. За свою жизнь я сталкивалась со многими членами, но этот, без сомнения, самый большой из всех, что я видела.

И то, как он вгоняет его в заднюю стенку моего горла, не что иное, как демонстрация господства. Он держит его там, душит меня до тех пор, пока мои глаза почти не выпучиваются. Я думаю, что умру с его членом во рту.

Его взгляд остается на моем, и он становится еще тверже, наблюдая за мной, за моими выпученными глазами, в которых собираются слезы, и лицом, которое, вероятно, покраснело.

Этот больной ублюдок собирается убить меня и получить от этого удовольствие.

Но потом он отстраняется настолько, что я могу сделать небольшой вдох.

Я даже не успеваю сделать полный вдох, как он снова входит в меня, еще сильнее, чем раньше.

Более интенсивно.

Более... неконтролируемо.

Слезы застилают мне глаза и стекают по щекам. Слюна и сперма стекают по моему подбородку и шее, пока он забирает воздух из моего рта, все еще удерживая меня рукой на краю.

Снова и снова.

И снова.

Соответствует жестокому звуку сокрушительных волн внизу.

У меня легкое головокружение, пальцы пульсируют, а ноги дрожат. Я отказываюсь думать о том, что происходит между ними.

Я просто не настолько ебанутая на всю голову.

В тот момент, когда я думаю, что он никогда не кончит, во рту появляется соленый вкус.

Моя первая реакция — выплюнуть все это ему в лицо, и я пытаюсь сделать именно это. В тот момент, когда он вынимает свой член из моего рта, я забрызгиваю спермой на его дизайнерские туфли.

Тяжелое дыхание будоражит мою грудь, я вдыхаю и выдыхаю в быстрой последовательности, но не разрываю зрительного контакта."

"Я смотрю на него, вытирая остатки его отвратительной спермы со рта.

Сначала он смотрит на меня с пустым выражением лица, но вскоре с его губ срывается негромкая усмешка, и впервые за сегодняшний вечер в его глазах появляется свет. На этот раз не черным по черному.

Это чистый свет садиста.

Свет того, кто так безмерно доволен и пресыщен.

Он отпускает мои волосы и засовывает средний и безымянный пальцы мне в рот. Я держусь за его запястье, чтобы не оступиться, и он использует эту возможность, чтобы размазать остатки своей спермы по моим губам.

Его пальцы душат меня, проникая в мой рот, как будто они имеют на это полное право, снова и снова.

И снова, блядь, снова.

Когда он кажется достаточно удовлетворенным, меня ослепляет вспышка.

Я смотрю на камеру, которая закрывает его глаза.

Неужели этот ублюдок только что сфотографировал меня в такой позе?

Да. Да, он это сделал.

Но прежде чем я успеваю попытаться выхватить у него камеру, он вынимает свои пальцы из моего рта, затем заправляет мои волосы за уши и поглаживает меня по макушке.

— Ты была хорошим спортсменом, Глиндон.