Жестокий бог

Не помогло и то, что Тиндалл промотал все наследство мадам на азартные игры и выпивку. Они отчаянно нуждались в наличных, и как можно скорее. Они зарабатывали деньги, сдавая первый этаж в аренду паломникам, которые использовали его для судебных разбирательств. Сюда доставляли преступников, признанных виновными в тяжких преступлениях. Есть идеи почему?

Мои губы затрепетали над ее ключицей. Воздух был прохладным и влажным – не таким, как в подвале, в котором я работал, отремонтированном и оснащенным кондиционером, чтобы поддерживать в хорошем состоянии статуи мамонтов, хранящиеся там Эдгаром Асталисом. Это помещение казалось настоящим и старым. Жутким и средневековым.

Ее горло дернулось под моими губами. Ее дыхание все еще пахло жидкостью для снятия лака (чертова водка), и я все еще хотел убить Поупа, но теперь она была моей, а это означало, что я больше не был так сильно раздражен.

– Они казнили их здесь? – прохрипела она.

Я кивнул в ее кожу.

– Здесь погибло четыреста человек. По общему мнению.

– Ого. – Она вздрогнула, ее кожа порозовела под моими губами и пальцами.

Это ее возбуждало. Я просунул руку ей под рубашку, двигая пальцами вверх-вниз по ее животу. Она была такой горячей, а мне было так холодно, и это было так чертовски неправильно, что я подумал о том, что сейчас кончу в джинсы.

Мы никогда не сможем быть вместе за пределами этих стен, а этот период закончится уже через несколько недель. Ленора неизбежно нашла бы мужчину, который подарил бы ей весь мир, а я бы уехал отсюда и попытался разрушить этот мир, потому что это было единственным, что я умел.

Она была совершенством, а я был ничем, набором недостатков.

Кроме того, ей не нужен чертов парень, напомнил я себе. И ты не поклонник моногамии.

Однако моя маленькая история заняла ее и отвлекла от мыслей об Арабелле и Эдгаре.

– Чувствуешь смерть, витающую вокруг нас? – Я накрыл ладонью фонарик ее телефона, так что мы снова оказались в кромешной тьме. Я провел губами и щетиной по ее чувствительной коже. – Ты возбуждаешься от этого?"

"– Ты веришь в привидения? – спросила она, игнорируя мой вопрос. Ее голова склонилась набок, давая моим губам лучший доступ к путешествию вдоль ее ключицы.

Я кивнул в изгиб ее плеча.

– Действительно?

– В призраков нашего прошлого.

– О.

– Которые заставляют нас быть теми, кто мы есть. Чтобы делать то, что мы делаем.

Она задрожала, когда моя рука скользнула в ее эластичный спортивный лифчик. Ее грудь были еще теплее, чем все остальное тело. Шелковистые и нежные. Я облапал сотню девушек за свою жизнь, но ни к одной не прикасался так. Меня не должна была удивлять мягкость ее груди. В конце концов, анатомически женская грудь состоит в том числе и из жировой ткани.

Я представлял, как она выглядит.