Жестокий бог

В углу комнаты была небольшая гора подарков.

Конечно, черт возьми.

– Мы знаем, что она с Раффом. Таков был план, но он никогда бы не увел ее вот так, – Поппи покачала головой.

– Лучше бы ему этого не делать, – пробормотал Эдгар себе под нос, жестом приглашая Поппи и Арабеллу подойти к нему, возможно, чтобы придумать план Б.

Фэрхерст схватил две девчачьи розовые «Маргариты» и направился ко мне, прислонившись плечом к стене, на которую я опирался. Он протянул мне один из напитков, и я взял его, не сводя глаз с двери.

– Фунт за твои мысли? – хрипло спросил он.

Хорошо бы смотрелось чучело из твоей головы, висящее над моим камином.

– Ты не можешь позволить себе мои мысли, – невозмутимо произнес я, вертя свой напиток в бокале.

– Не будь так уверен. У каждого есть своя цена.

– Ты говоришь, как настоящая шлюха. Неудивительно, что твоя карьера катится в тартарары.

– Всегда такой дерзкий. – Он усмехнулся. – Перемирие? – Гарри наклонил свою «Маргариту» в мою сторону, его глаза прильнули к моей щеке.

– Пошел ты.

– Каждый день мы откладываем наши неизбежные переговоры. Могу я представить тебе первое предложение? – спросил он."

"– О чем, по-твоему, ты торгуешься? – Я наблюдал, как Эдгар повышает голос на девушек и теряет самообладание. Хорошо. Я хотел, чтобы он разозлился настолько, чтобы схватить Рафферти за яйца, когда они с Ленни вернутся. Я был бы счастлив прикончить работу – и этого придурка заодно.

– Вон? – Гарри ткнул пальцем.

Точно. Засранец все еще находился здесь.

У меня все было под контролем, хотя он этого не знал. Я точно знал, где он хранил всю компрометирующую информацию о моей матери, а это означало, что на самом деле нужно было просто взломать устройство и удалить ее. Он мог бы отправить информацию другим людям, но в его записях электронной почты не было никаких удаленных элементов, нуждающихся в восстановлении, что означало, что ублюдок сохранил ее в облаке. Легко удалить без следа.

Элементарно, придурок.

– Моя свобода, – сказал он. Как просто и скромно.

– Разве я могу что-то с ней сделать? – я наконец обернулся, нацепив дерзкую ухмылку, которую позаимствовал у своего отца – такую, какую он использовал, прежде чем сокрушить своих противников. – Я всего лишь обычный ребенок. Не позволяй подростку стеснять свою жизнь.

– Ты кажешься спокойным, – он подозрительно прищурил глаза.

– Так и сеть.

Я был таким пять минут назад. До того, как стало очевидно, что Поупу наплевать на мое предупреждение, и Лен, возможно, целуется с ним.

Не то чтобы меня так уж волновало, что Ленора Асталис делала со своими губами – обеими парами. У меня не было к ней никаких чувств. Но мы заключили сделку, и я сдержал свою часть – не прикасаться ни к кому другому.