Бог возмездия (ЛП)

— Сядь и постарайся согнуться как можно сильнее, — приказываю я, ставя перед ней коробки с кофе и сахаром.

К счастью, мы купили достаточно припасов, чтобы хватило на пару месяцев, и мне удается частично ее закрыть.

— Оставайся здесь, пока кто-нибудь из нас не придет за тобой, — приказываю я, захлопнув дверь.

Как только я отхожу от нее, Херардо начинает выпускать одну пулю за другой.

— Через заднюю дверь! — Кричит наш охранник, и в его словах слышится паника. — Идите в оружейную и запритесь тем.

— Caro Dio! — Рыдает тетя Грета.

Как только она подбегает ко мне, Херардо отшатывается, когда в него попадают пули, а через секунду на кухню вваливаются мужчины.

Не медля ни секунды, я бросаюсь за пистолетом Херардо, который скользит по полу. И когда я поднимаю руки, чтобы выстрелить, с ужасом замечаю, что пуля попала тете Грете в грудь.

— Неееет! — Громко кричу я, нажимая на курок, пока пистолет не щелкает в моей руке. Мне удается поразить двоих нападавших, но их слишком много.

В моих ушах гудит шокирующая тишина, пока я пытаюсь понять, что происходит. Все это слишком неожиданно, и я изо всех сил пытаюсь осмыслить происходящее.

— Это что, та самая мать? — Спрашивает один из мужчин.

— Мать слепая, — отвечает другой.

Я вскакиваю на ноги и бегу к тете Грете. Притягивая ее в свои объятия, я прижимаю руку к ране.

Как будто это поможет.

Чувство принятия охватывает меня, когда я смотрю в глаза тете Греты.

По крайней мере, мне удалось испытать немного счастья перед смертью.

Она поднимает руку к моей щеке.

— Скажи Карло, что я люблю его. Для меня было честью быть его матерью.

— Скажу, — лгу я, ожидая, когда в меня полетят пули.

— Такая хорошая девочка, — выдыхает она. — Люблю тебя.

В моем голосе звучит печаль, когда я говорю:

— Я тоже вас люблю.

Меня хватают, оттаскивают от тети Греты, и я вижу, как она пытается дотянуться до меня, судорожно глотая воздух.

— Нет! — Кричу я, и мне удается вырваться.

Вместо того, чтобы пули изрешетили мое тело, меня снова хватают. Когда меня вытаскивают из кухни, я начинаю сопротивляться изо всех сил, нанося удары, царапаясь и пиная, пока меня не швыряют на пол в фойе.

— Гребаная сука, — рычит мужчина, приставляя пистолет к моей голове. — Где миссис Фалько? — требует он агрессивным тоном.

Мое сердце колотится о ребра, и не зная, откуда берутся силы, я пристально смотрю на мужчину, выдавливая из себя слова:

— Ты смотришь прямо на нее. — Подняв левую руку, я говорю: — Я миссис Фалько.

Я знаю, что они либо заберут меня, либо убьют прямо здесь, но, надеюсь, они не будут искать маму.

Один из мужчин говорит в рацию:

— У нас здесь молодая женщина, которая утверждает, что она миссис Фалько.

‘Как она выглядит?’ — Слышу я знакомый голос, но не могу вспомнить, откуда он мне знаком.