Бог Войны

Сколько еще мгновений я забуду? Сколько он сможет выдержать, прежде чем поймет, что я не стою таких хлопот?

Я мысленно прогоняю эти гнетущие мысли и крепче обнимаю его, надеясь — нет, молясь — что не разбужу его своими кошмарами в нашу первую ночь вместе.

Мое решение — не спать.

И мне удается сделать это в течение двадцати минут, но ровное, безопасное биение его сердца погружает меня в самый глубокий, самый беспробудный сон в моей жизни.

Глава 32

Ава

— Со мной что-то не так.

Слова срываются с моих губ затравленным шепотом. Наверное, потому, что я никогда не хотела произносить их вслух, не говоря уже о том, чтобы признаться в них другому человеку.

Этот человек — мой психотерапевт.

Мой новый психотерапевт.

Тот, кто сменил другого психотерапевта, судьба которого в лучшем случае неизвестна, а в худшем — находится в руках моего мужа.

Доктор Блейн — чернокожая женщина средних лет со стрижкой «пикси», в элегантном повседневном брючном костюме и изящных серьгах-гвоздиках с бриллиантами.

Ее удивило мое появление в ее офисе на Грейт-Портленд-стрит главным образом потому, что для записи на прием я использовала вымышленное имя.

Когда я ранее пыталась это сделать, мне отказывали, если я не упоминала, что меня будет сопровождать мой законный опекун. Он же мой муж.

Так что мне пришлось проявить изобретательность.

Если Блейн это и не нравится, она не показывает этого своим нейтральным выражением лица, которое могло бы принадлежать монахам, медитирующим в далеких горах.

Она пристально смотрит на меня, когда я устраиваюсь в кресле напротив нее.

— В соответствии с нашим планом лечения я не могу разговаривать с вами в отсутствие вашего опекуна, если только он не даст на это разрешение, миссис Кинг. Мой помощник назначит вам другую встречу…

— Потому что я сумасшедшая?

— Потому что этого требует закон.

Я прикусываю нижнюю губу, а затем отпускаю ее, пока не пошла кровь.

— Тогда скажите, что я могу сделать сама? Могу ли я открыть счет в банке без его присутствия? Купить билет на самолет? Забронировать номер в отеле?

— Я уверена, вы можете обсудить это со своим мужем.

Я качаю головой, но ничего не говорю.

Последние две недели мы погрузились в этот пузырь, который я создала для нас обоих. Илай приказал перенести мои вещи в его комнату на следующее утро после вечеринки. Он даже позволил мне переделать интерьер и превратить его в странное, но почему-то прекрасное сочетание розового и серого.

Хотя и ворчит по поводу пушистых тапочек, о которые постоянно спотыкается, и домашнего халата на его стуле. И полотенца на полу.

Он — безнадежная попытка организованности. Хотя и называет меня хаосом в розовой обертке, невротически собирая мои вещи и раскладывая их по местам.