Бог снимает маски, или Новая Элизабет Джонсон (СИ)

Ее светлые волнистые волосы разметались по подушке, а руки судорожно сжимали край одеяла. Спала она без маски. Луис с щемящим сердцем смотрел на ее изуродованную ранами кожу, и сердце его сжималось от сострадания. Она была бы красавицей, если бы не ужасная болезнь, преступно исказившая тонкие черты. Но этот недостаток Луиса ничуть не отталкивал. Он просто любил ЕЕ! А болезнь оставалась просто болезнью, которая измучивала ту, которую он любил."

"Бетти вдруг закричала во сне, но так и не смогла проснуться. Луис нервничал и не решался разбудить ее, но в какой-то момент, после очередного стона, он все-таки склонился над кроватью и притронулся к ее руке.

- Кэмэрина! – позвал он. - Проснитесь!

Бетти открыла глаза. Увидев Луиса, она очень испугалась и тут же накрыла голову одеялом.

- Л-луис! Ч-что ты тут делаешь? – воскликнула она дрогнувшим голосом.

- Кэмэрина! Простите меня, - проговорил юноша, нервничая, - я не хотел пугать вас, но… вы стонали во сне, и я имел дерзость войти, чтобы вас разбудить.

Бетти какое-то время молчала.

- Присядь на край кровати, - наконец пробормотала она, и он, поколебавшись всего мгновение, послушно сел.

- Луис, - проговорила Бетти негромко, все еще не показываясь из-под одеяла, - ты только что… видел меня?

Бетти едва смогла это произнести.

Луис смутился, но притворяться не стал.

- Да, Кэмэрина.

Девушка задрожала.

- Скажи… видя мое лицо, ты до сих пор согласен быть со мной всю жизнь? – спросила она и, затаив дыхание, начала ждать ответа. Луис понял, что она очень сильно напугана. Напугана тем, что он может оставить ее. Юноша выдохнул и очень серьезно произнес:

- Кэмэрина! Я… я, конечно, не должен так говорить, потому что я просто ничтожный слуга, но… Кэмэрина, вы должны знать: мое сердце давно принадлежит вам! – голос парня дрогнул от волнения. - Прошу, поверьте мне! Хотя я и никто, но… я люблю вас, Кэмэрина!

Бетти, слушая его признание, затаила дыхание. Он любит ее! Он сказал это! В уголках глаз выступили слёзы. Вся боль ее жизни пыталась прорваться наружу, потому что ее накопилось слишком много. Вдруг она, поддавшись неконтролируемому порыву, отбросила одеяло в сторону и бросилась Луису в объятия. Обняла его за шею и прижалась к нему крепко-крепко.

- Луис! Ты не представляешь, что сделал для меня! – борясь со слезами, прошептала она. - Теперь я могу жить, понимаешь? Луис! Спасибо тебе!..

Парень очень осторожно прижал ее к себе, словно все еще боясь нарушить существующую в его голове дистанцию, но в ответ взволнованно прошептал:

- Кэмэрина! Я… счастлив, что могу помогать вам…

Когда Бетти немного успокоилась, она тихо прошептала:

- Закрой глаза! Мне еще тяжело показывать тебе свое лицо.

Луис послушно прикрыл веки, и Бетти смогла выскользнуть из его объятий. Она смотрела на дорогие черты и улыбалась.