Бог Разрушения (ЛП)

Он воспринимает всех как пешек или собственность. Неважно, какие усилия он прилагает к отношениям, он делает это только из эгоистических соображений, чтобы извлечь выгоду для себя. Ты мне нравишься, Мия, и я не хочу, чтобы ты была одной из тех, кого он уничтожит.

Я смотрю на свои ботинки, покрытые песком, затем печатаю на телефоне:

— Как ты узнал?

— Ему нравится объявлять о своей собственности. Кроме того, когда он рядом, ты немного выдаешь себя.

— А я-то думала, что была осторожной.

Он слегка улыбается.

— Если это тебя утешит, то я, наверное, единственный, кто это заметил.

Я улыбаюсь в ответ.

— Ты прав. Сегодня вечером меня пробудили два тревожных звоночка. Во-первых, он причинил боль моему брату, а во-вторых, вот это.

Брэн выпрямляется.

— С твоим братом все в порядке?

Я качаю головой.

— Он… сильно пострадал?

— Физически? Нет. А вот психически — очень спорно.

— И это из-за Лэна?

— Единственного и неповторимого повелителя дьяволов, — я напечатала, саркастически улыбаясь. — Я почти забыла, что он чуть не убил моего брата своими выходками. А теперь еще и это. Мне действительно следует держаться от него подальше, не так ли?

— Тебе следует, — он вскинул брови. — Я даже не знаю, что ты в нем нашла.

Опасность.

Острые ощущения.

Иллюзию.

Монстра, который может сразиться с другим монстром.

— Я знаю, ладно? Ты хороший парень, Брэн. Я должна была влюбиться в тебя.

— Но ты не влюбилась."

"— К сожалению.

Он улыбается.

— У тебя ужасный вкус, но, если тебя это утешит, я понимаю, почему девушки стекаются к нему. Их привлекает его обаяние и, что самое главное, перспектива стать избранной, которая сможет его исправить.

Я качаю головой, но ничего не печатаю.

Никогда не думала о том, чтобы исправить Лэндона. Если уж на то пошло, я скользила в его кроличью нору, как будто там всегда было мое место.

В захватывающую темноту.

Животную погоню.

Взрывной секс.

Но теперь я ясно понимаю, что некоторые желания лучше оставить нереализованными ради всеобщего блага.

— Он слишком упрям в своем образе мышления, — продолжает Брэн. — После нескольких лет бесполезных споров с отцом, он бросил попытки его исправить и в конце концов, Его трудно вразумить и невозможно изменить.

— И все же что-то подсказывает мне, что ты не сдаешься?

— Я идиот и застрял с ним на всю жизнь. Все остальные должны спасаться, пока у них есть такая возможность.

— Ты не идиот, Брэн. Тебе просто не все равно, — я показываю ему свой телефон, а затем похлопываю его по плечу.

— Одному из нас не должно быть, — на его губах появляется горькая улыбка. — Мне жаль, если твое знакомство со мной привело к таким неприятностям…

Я зажимаю ему рот рукой и качаю головой, а затем печатаю:

— Не смей винить себя.