Бог Боли

Я всегда любила танцевать, до такой степени, что у мамы не было другого выбора, кроме как научить меня и записать в балетные классы, когда мне было четыре года.

Иногда мне кажется, что я растрачиваю этот талант впустую, решив поступить в колледж. В другое время я вспоминаю, что люблю балет ради балета, ради таких моментов, когда он позволяет мне очиститься от негативной энергии. Это не для того, чтобы стать звездой или чтобы люди смотрели на меня.

Да, я люблю людей, но не в этом смысле.

Когда музыка достигает пика, я раскрываю руки и кружусь на пуантах по проходу.

И тут, в момент волнения, я врезаюсь в стену.

Нет, не в каменную стену — в стену из мышц.

Музыка начинает медленное падение, полностью противоречащее хаосу, бурлящему внутри меня.

Безжалостная рука хватает меня за локоть, чтобы не дать мне опрокинуться. Я смотрю на его неземное лицо, на губы, сложенные в линию, полностью лишенную эмоций.

Он — холодный бог, единственным языком которого является неодобрение.

Хищник, единственная цель которого — поймать добычу.

В данный момент это я.

Моя грудь разбита о твердые мышцы его груди. Наши тела столкнулись в сетке силы против мягкости.

В этой позиции разница в размерах слишком велика, чтобы ее игнорировать. Я настолько мала по сравнению с ним, что он мог бы легко сломать и растоптать меня.

Оставить меня абсолютно разбитой.

Кожа в том месте, где его пальцы касаются моего локтя, вспыхивает миллионом искр, распространяясь до самой груди.

Я всегда слышала о непреодолимом напряжении, о таком, которое задерживается, как гиря на горле, и лишает человека всякого подобия здравомыслия и логического мышления.

Но я никогда не думала, что оно может быть таким... пугающим.

Таким сильным."

"И мне нужно уйти с его орбиты. Сейчас же.

Я пытаюсь освободить локоть, но он может оказаться в ловушке.

Поэтому я заставляю свои губы улыбнуться, что, вероятно, выглядит в лучшем случае неловко.

— О, привет. Я не знала, что ты придешь сегодня. Тебе, наверное, стоит выйти и поприветствовать фанатов. Они были подавлены, думая, что тебя здесь не будет...

— Заткнись.

Мои губы захлопываются в попытке действительно замолчать. Всего двух слов достаточно, чтобы мой позвоночник напрягся. Вся тревога, вызванная тем, что вчера вечером я ворочалась и смотрела на балкон, снова обрушивается на меня.

— Ты действительно облажалась, Анника. — Он толкает меня назад, властно держа за локоть. — Я говорил тебе отказаться от идеи с фальшивым парнем, но ты пошла дальше и спровоцировала меня. Ты. Заебала. В задницу это. Тебе повезло, что я не прыгнул в твое окно и не превратил твою кожу в красное месиво.

В воздухе раздается вздох, и я понимаю, что это мой, когда моя спина ударяется об одну из полок.