Боевые асы наркома

Надо или контратаковать, или отходить, но о какой контратаке может идти речь, когда врагов в десять раз больше? Только встать и геройски умереть?"

"И тут за спиной послышалось громогласное «ура-а-а». Сосновский толкнул Козореза локтем и крикнул: «Успели!» Но радоваться было рано. Это была всего лишь рота НКВД, да и та в неполном составе. Но ее атака ошеломила «бандеровцев». Бойцы в фуражках с синим верхом выбегали из-за деревьев, стреляя на ходу из автоматов, и снова скрывались за деревьями. Действовали они умело, не торчали на виду, перебегали вперед по двое, по четверо. Вот один упал, сраженный пулей, вот еще двое, но «бандеровцев» падало под пулями гораздо больше. А потом заговорили еще четыре пулемета из прибывшего отряда, и бандиты стали откатываться назад, оставляя убитых и раненых.

Буторин нашел Сосновского и Козореза, проковылял к ним и рухнул на траву. Было понятно, что «бандеровцы» откатились назад почти до самой опушки и залегли, видя, что их не преследуют.

– Их слишком много! – вытирая рукавом лицо, крикнул Козорез. – Надо пристрелить Свирида, забрать документы, сколько сможем унести, или сжечь их и уходить.

– Мы не можем уйти, – ответил Сосновский. – У нас приказ. И они не уйдут, ‒ кивнул он в сторону бойцов НКВД. ‒ У них тоже приказ. А еще долг перед родиной. Мы пришли сюда освобождать Украину от оккупантов, так о каком отступлении может идти речь? Там, впереди, пособники фашистов, и они должны быть уничтожены, а доказательства их преступной деятельности, антинародной деятельности должен рассматривать суд, и он должен вынести приговор. Разве может быть иначе?

– Вы украинец? – спросил Козорез и кивнул на бойцов НКВД: – Они украинцы?

– А какое это имеет значение? – искренне удивился Михаил. – Тут есть и калмыки, и белорусы, и татары, и тувинцы, и мордвины, и чеченцы. Эта страна ‒ вся наша Родина, и весь народ ее ‒ наш народ, и мы сражаемся за каждого и за каждый клочок земли.

– И вы будете умирать за Украину, не будучи украинцами, – покачал головой Козорез.

– Смотри, уже умирают! – крикнул Сосновский и показал рукой на убитых бойцов. – И будут умирать до последнего, если надо будет спасать Украину, Белоруссию, Польшу, Австрию, Румынию. Ты пойми, что мы воюем не только за тебя, за украинцев, мы воюем «против»! Против «кого»? Да против общего врага, против коричневой чумы, против нацизма – самого страшного зла на земле. И мы должны сражаться вместе!

А «бандеровцы» снова поднялись и пошли в атаку. Плотный встречный огонь заставил их залечь, но теперь было понятно, что враг перегруппировал свои силы и в лоб наступали не все его бойцы. Часть стала обходить группу Козореза и роту НКВД с правого фланга, отрезая от леса и пытаясь отрезать от территории базы. Буторин стрелял и крутил головой.