Боевые асы наркома

Кто-то, но сработает наверняка. Может, он и прав. Ведь Шелестов «провалился», а если бы группа работала сообща, значит, провалилась бы вся группа. Или, по крайней мере, возникли бы подозрения у оуновцев, и результат деятельности всей группы оказался бы минимальным».

Меняя листочки подорожника, Буторин отшагал такое расстояние, на которое и не рассчитывал. Переночевав в лесу в старом стоге сена, он двинулся к уже знакомому лесу, где находилась база Козореза. Не прошло и нескольких минут, как из-за кустов его окликнули, а потом на тропу вышел вооруженный оуновец:

– Виктор, ты? Откуда?

– Все расскажу, только воды и пожрать чего-нибудь, – изобразил смертельную усталость Буторин. – Артем здесь? Важная информация для него есть.

– Пошли в лагерь, – кивнул оуоновец, отстегивая с ремня фляжку с водой.

Буторин шел, старательно прихрамывая, хотя весь вчерашний день почти не хромал. Теперь он пил небольшими глотками холодную родниковую воду. Вот чистой воды ему и правда не хватало.

В лагере все таращились на Виктора, провожая его взглядами. Оуновец подошел к землянке командира, приоткрыл дверь и, сунув внутрь голову, сказал:

– Артем, тут Виктор объявился.

Посторонившись, он пропустил Буторина. Козорез вскочил с лавки, уронив на пол карту и карандаш. Он смотрел на гостя удивленно, почти с мистической настороженностью, будто привидение увидел. «Хотя не такие это люди, чтобы верить в какую-то чертовщину, – подумал Виктор. – Он смотрит так, чтобы вовремя понять, как я настроен. Стрелять начну или буду вопросы задавать? Верю я ему все еще или же нет».

– Живой? – выпалил Козорез и, кинувшись к Буторину, схватил его за плечи. – Хлопцы где?

Вот теперь Виктор ему поверил. Такое сыграть нельзя. Человек балансирует на грани осознания собственной вины и радости, что хоть кто-то жив остался. «Черт, а приятно, что так радуются тому, что ты жив», – усмехнулся Буторин в душе. Но внешне он оставался угрюмым и «очень усталым». На вопрос Артема только отрицательно покачал головой. Прошел по землянке и тяжело опустился на лавку, стащил сапог, чтобы Козорез увидел его окровавленную повязку. Так спасение выглядит убедительнее."

"– Нет хлопцев, – тихо ответил Виктор. – Ты не возвращался, а до нас добрались какие-то ухари. Выскочили неожиданно и сразу стрелять. Хорошо, что я беспокоиться начал и решил к дому сходить, обстановку проверить. И тут с ними почти нос к носу столкнулся. Стрелять начали и они, и я. Не знаю, каким чудом в реку упал. Только это меня и спасло. Вот зацепило только немного. Что это было, Артем? Может, объяснишь мне? Сначала, значит, приказ – железо в реку, а потом и нас?

– Ты на меня так не смотри, – нахмурился Козорез. – Нет моей вины. И предупредить я вас не смог. Да мне бы никто и не дал.