Боевая ботаника и с чем ее едят

Полотенца, шторы, вообще все, что в моей комнате, скорее всего, в чесоточном порошке!

— По-моему, у тебя уже паранойя, — вклинился голос разума в лице Кука. Я же благоразумно отошла от своей двери в глубь комнаты. Но стены здесь тонкие, так что все равно продолжала слышать громкие голоса парней.

— Да? Тогда выгрузи всю мою одежду на пол и поваляйся на ней. Или Снежка вываляй. Не хочешь? Так я и думал. Не один я в таком случае паранойю.

— М-да. Тут я присоединюсь к совету Джойс — лекаря посетить тебе не помешает, — пробормотал его друг.

— А зачем тогда ей еще выдавать мне целый флакон шампуня? Его как раз хватит перестирать все текстильное в моей комнате и помыть все остальное, — тем же злым голосом, но, на удивление, без излишней эмоциональности и экспрессии. То есть он сделал выводы, разозлился, но продолжает держать себя в руках? Похвальная черта для боевика.

— Кстати, не одолжите мне что-нибудь из своих вещей, пока мои будут стираться? — попросил он совсем уже спокойно.

Ответа я не услышала, видимо, парни обошлись жестами. Хлопнула чья-то дверь, и все затихло. Что Бриану пошли подбирать какие-то трусы и штаны, сомневаться не приходилось… Кстати! А ведь это было первое нарушение написанных ими же правил. Какой там пункт был по счету, четвертый? «В жилом блоке обязательно ходить в нижнем белье». И пусть только скажет, что из-за меня его нарушил.

— Ты ведь не касалась его одежды? — уточнила я на всякий случай у Лапочки.

Я, конечно, в шутку предлагала ей покопаться в его нижнем белье, но чихучий вьюн у меня не первый год и прекрасно различает интонации. В ответ она возмущенно зашелестела сразу всеми листиками.

В комнате Бриана она была, это факт. Но если бы там был порядок, она бы ничего не коснулась. Проанализировала бы своими усиками воздух на предмет опасных для меня или моих растений артефактов и ушла бы, ничего не коснувшись. Но уж очень Лапочка не любит беспорядок и разбросанные вещи. Незастеленная кровать и вовсе один из ее самых мощных триггеров. Не удивлюсь, если в чесоточном порошке она выкупалась уже после того, как увидела смятые простыни Бриана, и посетила его комнату повторно. По-хорошему, мне бы сейчас выйти и успокоить мужа, что все в порядке с его одеждой и постирать стоит только грязные носки, валявшиеся в углу. Их как бы стирать в любом случае, не наденет же он их повторно? С другой стороны, излишняя чистоплотность еще никому не вредила. Когда еще Бриан сподобится на генеральную уборку? С этими мыслями я с чистой душой вернулась к своему микроскопу.

А зря, как выяснилось. Пока я магическим щупом отсортировывала рецессивные гены артиллерийского горошка, мой дорогой муж успел продумать и осуществить месть.