Боец. Лихие 90-е

Понял, что нет никакой тошноты, а чувствую я себя более менее сносно, еще бы запах нашатыря выветрился. Фельдшер мне ватку в ноздрю не вставила за малым. Вспомнилось, как я только что стоял на ринге и вполне себе сносно боксировал кулаками своего реципиента на заводских соревнованиях. Но потом в памяти как провал случился. Был у меня в прошлой жизни такой опыт неприятный, когда я в армии отпросился в увольнение на выходной, а на следующий день выступление по рукопашке намечалось. Так вот, в ночь перед выступлением я слегка расслабился. С девчонками местными гудел в студенческой общаге. На следующий день на соревнования с бодуна на встречный удар попал и рухнул, как подкошенный. Тогда я очнулся и начал что-то соображать лишьв госпитале. После этого зарекся, что не буду больше к выступлениям так наплевательски относиться. Сейчас-то что произошло… вроде же нормально все было?

— Ну что тут у вас? — я узнал голос Хрюшкина.

Начальник залетел в салон «РАФика». К бабке не ходи, шеф злой, как черт, взмыленный весь, галстук тряпочкой болтается.

— Поехали! — скомандовала Хрюшкин.

Он увидел, что я пришел в себя и лежу на носилках с открытыми глазами, как филин ими хлопаю.

— В себя пришел… — прошептал он, незаметно перекрестившись и тяжело выдыхая. — Слава богу, боженька услышал. Как ты себя чувствуешь, Кресов?

— Проиграл? — я все-таки приподнялся на локтях.

— Тит твою мать, — шеф отмахнулся, как могло показаться, раздосадовано. — Проиграл, блин. Ладно бы проиграл… Вырубил тебя Зубокол в начале второго раунда!

Я, заслышав эти слова, даже губу закусил от досады. Зевнул таки плюху, нехорошо как. Вообще, конечно, странно, что меня надолго вырубило, что до скорой успели донести, пока без сознанки был. Даже тогда, на вспомнившихся соревнованиях по АРБ, я уже через несколько минут очухался и с татами ушел на своих двоих. А тут даже в «РАФик» упаковать успели.

— Вот я дурак старый повелся на твои эти «буду второй раунд драться, выпустите товарищ начальник», — выпятив челюсть, передразнил меня шеф на манер Хазанова, но уже более примирительно добавил. — Хорошо хоть жив-здоров, это самое главное в нашем непростом времени. Думал на венок деньги собирать.

— Это еще проверить надо, все ли с ним в порядке. Товарища Кресова следует доставить в БСМП-2, — вмешалась «Аллегрова», которая закончила готовить укол. — Поворачиваемся на живот, сможете? Или вас перевернуть?

Смогу, чего нет, хотя особо не хотелось, чтобы мне укол ставили. Вроде вполне даже ничего себя чувствую. Но раз надо, так надо — я перевернулся на живот, ощущая, как фельдшер снимает с меня штаны и холодит спиртом верх полужопицы.