Блуд

Я потянула за застежку, так же, как он сам это сделал с моим платьем какое-то мгновение назад. Только здесь, застежка скользила по молнии на его тонких брюках, молнии, которая в эту секунду повторяла все изгибы его напрягшейся настоящей мужской силы.

Справиться со страхом...

Твердила себе, но сейчас справлялась не со страхом. Мои щеки, мое тело горело не только от смущения, но и от предвкушения того, к чему я собираюсь прийти."

"Осилив молнию, снова поднялась выше и ухватилась двумя руками по бокам за верх его брюк и чувственно потянула их вниз. Блуд мгновенно подчинился - его огромные, мощные бедра, уже дважды сокрушавшие мое тело, с легкостью приподнялись, помогая мне раздеть своего хозяина. Вместе в его брюками, я подцепила и приятную ткань мужского нижнего белья. Сантиметр за сантиметром, стянула последнюю деталь его одежды, попутно с восхищением оценивая его невероятное тело.

Зверь, хищник, мощная машина, у которой нет ни единого изъяна. И даже жуткие шрамы, что покрывают все его тело, словно бы подобно татуировкам, украшают природную мужскую красоту.

Оставив одежду своего брата лежать у кровати, вернулась туда, откуда только что ушла. Снова оперлась на его пресс и перекинула ногу через его бедра, тем самым оседлав его и оказавшись сверху, подобно настоящей победительнице.

Он дернулся. Дернулся конвульсивно. Очевидно, хотел закончить мои издевательства над собой и забрать все под свой контроль. Однако, удержался. Или это сделали веревки?

- Саша, ты должна победить меня... - еще раз эхом раздалось в моей голове.

Мне очень хотелось прикоснуться к этим жестким губам, которые заставили меня вчера испытать ощущения, несравнимые ни с чем на свете. И я даже склонилась над ним. И почти... почти прикоснулась своими губами к его губам. Почувствовала, как мои соски коснулись кожи на его широкой груди. Как он при этом всем телом загорелся подо мной... Даже наше дыхание уже успело соединиться, но, как только Блуд, сам великий и ужасный Блуд потянулся ко мне - тут же отпрянула.

Я должна победить! А значит, отыграться его же оружием. Я не прикоснулась к нему. Не поцеловала и не позволила поцеловать себя.

А только посмотрела на него и мгновенно приняла решение. Оба раза он не позаботился о том, чтобы полностью избавиться от одежды. Просто брал меня. Просто делал то, что хотел. Я поступила так же. Не стала избавляться от трусиков, а лишь приподнялась над ним и, с откуда-то взявшейся уверенностью, отодвинула край кружевной ткани, и сразу же позволила, я позволила, его мужской силе проникнуть в себя!

На этот раз он дернулся еще сильнее! Это было похоже на настоящую муку, агонию, человека, который не привык к такому обращению. Не привык, что кто-то может управлять им.