Академия Блонвур

Что если вампир обманул её, и Гриндор теперь умрёт? О, только не это! Хотя...

Пусть у вампиров нет сердца, пускай они хладнокровные убийцы... но какой смысл Дагратдеру идти на эксперимент, зная, что уже через несколько минут его слова будут опровергнуты?

Отпустив свою «жертву», Иллиньен снова сел в кресло. Все замерли в ожидании, хотя большинство из них знали или были уверены, что ничего страшного произойти не должно. Но Гриндор сделался бледнее мертвеца и с трудом держался на ногах, всем весом опираясь на камин, что вызывало невольные опасения за его жизнь.

— Кажется, ещё немного, и мы узнаем, можно ли умереть вследствие самовнушения, — не без сарказма прокомментировал Элестайл. — Лайс, успокойтесь, смерть вам грозит только от собственных нервов.

Верховер пододвинула Гриндору стул и обняла его за плечи:

— Сядь, Лайс. Не в их интересах убивать тебя.

— Да... наверное, — с трудом вымолвил он, опускаясь на стул. — Простите, я действительно перенервничал.

— А вот Ситал, согласившись дать мне кровь, был спокоен как скала, — не удержался от язвительного замечания Рондвир.

— Он воин, — тихо отметил Лонгаронель.

Минут через пять, окончательно убедившись, что с Гриндором всё в порядке, Верховер повернулась к Дагратдеру:

— Могу я осмотреть ваши клыки? В смысле, не лично ваши, а кого-нибудь из вампиров?

— Можете осмотреть мои, — предложил Рондвир, выпуская их.

— Хорошо, пусть будут твои, — согласилась она.

Подойдя, целительница заглянула ему в рот, внимательнейшим образом изучая каждый клык.

— Как я и думала – тут каналы, — в итоге заключила она. — Очень узкие, но всё же они есть. Каково их предназначение? — осведомилась проректор с победоносным видом."

"— Вещёство, выпускаемое через них, снимает боль при укусе, на краткое время разжижает кровь, а затем, напротив, сворачивает её в местах прокусов, чтобы избежать кровотечения, и заживляет раны, — ответил Элестайл. — Выпускается оно при укусе всегда, в чём вы можете убедиться, посмотрев на рану на шее нашего подопытного. Кровь не идёт из мест прокусов, а ведь, по идее, должна была бы едва ли ни хлестать.

— Наверное, кровь можно было бы остановить и магией? — возразила Верховер.

— Но вы ведь внимательно следили за Иллиньеном – разве он применял какую-либо магию?

— Вроде бы нет... — сдалась она. Но только в данной части своих подозрений: — Однако увиденное никак не опровергает моей версии насчёт намеренного отравления.

— Вот интересно, с какой бы стати нам травить Баронессу? — усмехнулся Элестайл. — Она уже ни для кого не представляла опасности. Но, в общем-то, справедливость теории Рондвира несложно подтвердить – у нас ведь осталась, как минимум, ещё одна кукла. Кстати, — он посмотрел на Ронда, — что насчёт остальных?

— Без понятия, — мотнул головой тот.