Блондинки тоже в тренде

Как и было сказано, приложила к ручке ключ-карту, и дверь открылась. Уши мгновенно заложило от крика. Помещение оказалось полно народу. Четверо парней и семь девушек. И все не совсем трезвые. На меня посмотрели как на привидение. Хотя мне показалось, ему они так не удивились бы, а еще и пригласили бы составить компанию и выпить.

– Это у меня в глазах рябит? Или у нее на голове невесть что! – рявкнула сбитая девица с зеленой кожей. Она закрыла глаза и тряхнула головой. Открыла и снова уставилась на меня. – Нет. Не рябит. Это что за извращения цирюльника?

– Это моя бурная фантазия и очередной эксперимент, – спокойно отозвалась я, пытаясь определить, какая из двух кроватей моя.

– А ты кто? – Ко мне подошел один и парней: высокий и худой, предсказуемо темноволосый, с карими глазами и довольно приятной внешностью, если бы не шрам в половину лица.

– Елизавета Горовина, будущая некромантка, новая обитательница комнаты номер семь, – отозвалась я."

"Вся компания притихла.

– Ого! Верта, к тебе решили соседку подселить? Неожиданно, – хихикнула одна из девушек. Она красовалась синими волосами. И это мне говорили про извращения?

– Думаю, ненадолго. Эта сбежит через два дня, – довольно выдала зеленокожая.

Ага, значит, именно она моя соседка.

– Не суди да не судима будешь, – зевая, предложила я. – Не знаю, чем и как ты изводила девиц, но мои нервы покрепче будут. А сейчас покажите мне мою кровать. И когда кормить будут?

Пока все переваривали сказанное мной, я бросила сумку на край кровати, на которую любезно указал парень со шрамом. Он же и ответил на мой вопрос:

– Обед только через три часа, завтрак ты пропустила.

– Тогда разбудите меня к обеду, если не разбредетесь, – укладываясь прямо в легком брючном костюме, попросила я. За ткань не волновалась, она немнущаяся. Я специально обновила подарок жениха, привезенный им из Тайланда. Вспомнила, что в то время, когда Данька ездил туда по делам компании отца, моя дорогая подруга летала отдыхать якобы в Турцию. Хм, как же я слепа была. Наивная идиотка.

– Эй, Елизавета Горовина, а ты что, спать собралась?

Кто меня об этом спрашивал, не увидела, так как повернулась сразу спиной к собравшимся.

– Да. Это запрещено? – не оборачиваясь, проворчала я.

– Нет, но…

– Вы мне нисколько не мешаете, – еще раз зевнув, закрыла глаза. – Все. Меня нет ровно на три часа.

После чего просто отключилась. Странное приключение утомило. Слишком многое произошло всего-то за два-три часа. Мне вдруг показалось, что я как минимум сутки на ногах. Оттого и спать хотелось неимоверно.

Проснулась от того, что меня тормошили. Позади раздавался грозный рык Верты, она явно была чем-то недовольна.

– Может, ее дубиной приложить? Тогда точно проснется.