Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Он как бы кого-то высматривал и был натянут, как скрипичная струна. Служащий бензоколонки хорошо его запомнил."

"— Что насчет возможного опознания?

— Оно будет на сто процентов, — сказал Дрейк. — Служащий опознает и машину и Гарвина.

— Тогда дела действительно обстоят хуже некуда.

— Почему ты не поговорил с Гарвином об этом? — спросил Дрейк.

— Я не посмел.

— Почему?

— Помощник шерифа сразу вывел Гарвина из зала суда после окончания дневного заседания. Он приведет его обратно только без пяти два. К тому же я не посмел переговорить с Гарвином на виду у всего жюри присяжных. Проводить доверительную беседу с ним сразу после показаний Скэнлона означало только подчеркнуть разрушительную силу слов свидетеля. А попросить, чтобы Гарвина привели в зал суда пораньше — и того хуже. Я смогу переброситься с ним словами без пяти два, и это все, что я посмею сделать.

— Ты не можешь попросить перерыва или что-нибудь в этом роде?

— Попробуй мы это сделать, и все скажут, что мы в панике, — ответил Мейсон. — Мне остается только вернуться в зал суда, сидеть там с улыбкой на лице и принимать все как есть.

— Тебе придется принять на себя слишком много.

— Меня столько раз «чистили» в моей жизни, что потерплю и в этот раз. Комиссия по жалобам «Бар Ассошиэйшн» приглашает меня завтра на предмет моей «обработки» свидетеля Мортимера Ирвинга, которого я якобы заставил опознать в моей машине автомобиль с места преступления. Все к одному! Жизнь прекрасна и удивительна!

— Они могут повредить тебе с этим опознанием?

— Не думаю. Я не выходил за рамки своих прав. Я имел право говорить с этим свидетелем и поставить свою машину на обочине дороги.

— Ну, ладно, будем делать вид, что у нас все в порядке и мы счастливы. Пол, ты знаешь какую-нибудь веселую историю? Люди смотрят на нас.

18

Мейсон вошел в зал суда без семи минут два. Закурив, он сел за стол адвокатов, уверенно улыбнулся начавшим занимать свои места присяжным заседателям. Он выглядел расслабленным, как человек после хорошего обеда, духовно и физически удовлетворенным.

Без четырех минут два помощник шерифа ввел в зал Эдварда Гарвина. Гарвин придвинулся к Мейсону и зашептал: «Мейсон, ради бога, дайте мне вам сказать…»

Мейсон улыбнулся ему и велел сесть, пообещав, что побеседует с ним буквально через минуту: «Что бы ни случилось, не пытайтесь сами со мной заговорить. Сидите спокойно».

Мейсон затушил сигарету, выбросил ее в урну, потянулся, зевнул и посмотрел на часы, отсчитывающие бесценные секунды.

Затем, как будто что-то вспомнив, он повернулся с улыбкой к Гарвину.

— Отвечайте только на вопросы. Продолжайте улыбаться. Вы звонили Этель?

Гарвин хотел улыбнуться, но не смог.

— Мейсон, послушайте меня, я действительно позвонил ей. Затем я вышел и уехал на машине.