Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

 — Давайте все по порядку: кто такой Карл Фредч?

— Сын госпожи Барстлер от первого брака. Испорченный ребенок, но это трудно понять, пока не удастся заглянуть ему в душу. Он считает себя великим актером. Он помешан на этом. У него были очень хорошие условия для развития, в результате чего у него прекрасный внешний лоск, который сначала, при знакомстве с ним, не позволяет узнать его нутро. На деле же он испорченный, мерзкий, эгоистичный, жестокий дьявол.

— А госпожа Барстлер? — спросил Мейсон.

— Сука! — коротко и без всякого выражения сказала Дайана Риджис.

Мейсон засмеялся.

— Да, я знаю. Я обижена, — сказала Дайана, — но если задуматься, что они со мной сделали…

— Давайте разберемся во всех лицах. Кто еще проживает в доме?

— Фрэнк Гленмор, Карл Фредч, господин и госпожа Барстлер и экономка, пожилая служанка, которая работает у них уже многие годы. Они эксплуатируют ее до смерти. Она глуха и…

— Кто такой Гленмор?

— Насколько я понимаю, он занимается управлением шахтами и получает деньги в зависимости от количества руды, добываемой и отправляемой на переработку. Поскольку у господина Барстлера возникли проблемы со зрением, господин Гленмор в некотором смысле помогает ему в различных вопросах. Насколько я знаю, он получает до пятидесяти процентов с некоторых шахт. Он принадлежит к тому типу людей, которых все любят, очень справедлив, всегда с интересом выслушивает точку зрения другого. Мне он нравится.

— Сколько ему лет?

— Тридцать восемь.

— Вы жили в доме или же вы приходили каждый день на работу?

— Я была вынуждена жить в доме, поскольку господин Барстлер хотел, чтобы я читала ему перед тем, как он шел спать. Конечно, я сохраняла за собой свою городскую квартиру. Мы живем вместе с другой девушкой, живем очень дружно. Я не хотела отказываться от этой квартиры, по крайней мере, до тех пор, пока у меня не появится уверенность в том, что моя нынешняя работа постоянна.

— Где находится ваша квартира?

— Жилой дом на Палм Виста.

— Ну что ж, расскажите о Карле Фредче и о синяке.

— Как бы это сказать: Карл пытался ухаживать за мной каждый раз, когда у меня был свободный вечер, предлагая сходить в кино или куда-нибудь в другое место. И я всегда отказывала ему, ссылаясь то на легкую головную боль, то на то, что мне надо было идти к маникюрше или написать письма. Я всегда это делала уважительно, но подчеркивая определенную дистанцию.

— И что же случилось прошлым вечером, что изменило ваши отношения?

— Видите ли, мне показалось, что его мать становится, несомненно, раздражительной. Она считала, что я заносчива или что-то в этом роде. В общем, в конце концов, я ведь тоже чувствовала себя достаточно одинокой, и мне показалось, что не будет ничего плохого, если я пойду с ним поужинать или в кино.