Мумия блондинки

Они приложили носовые платки к ноздрям и помчались вниз но лестнице. Обезумевшие голоса кричали:

— Пожар! Пожар!

Оба благополучно пересекли двор, потом устремились по коридору, который вел к выходу на улицу, и смешались с толпой обезумевших от страха женщин и мужчин на тротуаре. Полицейский агент был там, зажатый со всех сторон. Толстая женщина — тоже. Дым начал выползать на улицу. Создавалось впечатление, что палаццо горит от подвала до чердака. А фактически менее чем через четверть часа дым рассеялся, а от зажигательных лепешек осталась лишь копоть на античных камнях лестницы.

Кашляя, отплевываясь, но в то же время энергично действуя, Гунтер и Бассович пробились сквозь толпу зевак. Они остановились в сотне метров от палаццо. Гунтер глубоко вдохнул свежий воздух.

— Замечательно! — удовлетворенно констатировал он.— Нужно поздравить химиков из специальной лаборатории.

Сидя по-турецки на кровати, Бассович дегустировал зеленый чай и сосал свои невообразимые леденцы. Он всегда таскал с собой несколько коробок с этими леденцами во время своих путешествий. С наргиле и тюрбаном, Бассович представлял собой довольно колоритную фигуру: шейх, сидящий на подушках... А комната в спокойном и маленьком отеле, где они остановились, превратилась в шатер.

— Нам теперь известны две вещи,— сказал Коста, лакомясь своими конфетами.— Прежде всего, они пытались выкрасть мумию Мерседес на кладбище Санта-Клара ди Пиомбино. Это они ликвидировали старую мать Анну-Марию Анж, после того как не удалось заставить ее говорить. Потом уничтожили монсиньора ди Магистриса в Риме по той же причине. Остается узнать: все это было проделано одной и той же бандой или действовали разные. И потом, одна это организация или несколько...

— В этом деле с «кочующей мумией» могут участвовать полдюжины агентов,— предположил Гунтер,— Те, кто заинтересован в возвращении к власти Руйц-Ибарро, и те, кто в оппозиции. Обеим сторонам необходима мумия умершей, без которой экс-президент теряет половину своей популярности. Возвращение к власти Руйц-Ибарро было бы важным политическим актом и сыграло бы роль в восстановлении равновесия в завтрашней Латинской Америке. Однако жизнь человека, даже если он монсиньор, ничего не стоит в таком деле.

— Жизнь человека часто ничего не стоит в политике,— философски заметил Бассович.— Отныне ближайшая задача — узнать, удалось ли очаровательной Пусси Кэт выяснить у монсиньора ди Магистриса, где на самом деле находится тело несравненной Мерседес.

— Если монсиньор знал что-нибудь определенное, она сейчас на пути к гробу Мерседес, а судя по всему, ди Магистрис знал, где находится мумия.

— Нежелательное и неприятное предположение,— мрачно сказал Бассович.