Блондинка-рабыня

— Я тоже так думаю, но главную-то работу сделали вы. Странно, — продолжал он, — но мне всегда казалось, что вы женитесь на мисс Меральтон.

— Вы об этом никогда не говорили.

Каллаган смотрел в потолок. Он улыбался. Наступило молчание. Он знал, зачем Грингалл пришел, и знал, что Грингалл это тоже понимает.

Грингалл перевел взгляд на газету, валявшуюся на столе.

— Интересно, не так ли? — спросил он.

Каллаган покачал головой.

— Это дьявольски интересно, Грингалл, но мне это не нравится. Когда я утром увидел газеты, то понял, что моя сотня в неделю испарилась.

Грингалл щелкнул языком.

— Скверно, — сказал он. — Значит, они вам платили?

Каллаган кивнул.

— Это была прекрасная работа. Чем могу вам служить?

Грингалл наклонился вперед и сложил руки перед собой.

— Вы можете помочь мне, Каллаган. Утром я разговаривал с миссис Ривертон — мачехой молодого Ривертона. Она сказала, что вы вели по их поручению расследование. Я думаю, вы сможете ответить на пару моих вопросов.

Каллаган поднял брови.

— Вам ничего подобного не нужно, Грингалл. И вы знаете это. Дело в шляпе.

Грингалл удивленно уставился на него.

— Откуда вы знаете? — спросил он. — В газетах не было ничего, кроме фактов: смерть Рафано и ранение Ривертона. Я думаю, он тоже умрет, — прибавил он мрачно.

— Работайте сами. Я получил инструкции от старого Ривертона через «Селби, Рокс и Уайт», его адвокатов, узнать, кто выкачивает деньги из молодого Ривертона. Ривертона прозвали «Щенком», и поверьте мне: он им и был. Им удалось окрутить его. Кто-то давал ему наркотики и не отпускал от себя.

Он помолчал и закурил другую сигарету. Покашлял и задумался.

— Вы глотаете дым, Каллаган? — спросил вдруг Грингалл.

— Да. И к тому же слишком много курю.

— Продолжайте.

— Я не Шерлок Холмс, чтобы решать такие задачи, и не смог представить отчет своим клиентам, потому что у меня не было фактов. Были теории, но теории не много стоят, особенно если вы получаете за них по сотне фунтов в неделю. Решайте сами, — продолжал он. — Я выяснил только, что Рафано был заинтересован в Уилфриде. И этот же Рафано организовал все дело. Видимо, у него есть кое-что в голове, хотя техника, которой он пользовался при этом, целиком американская. Вы слышали о нем?

— Были всякие слухи, — пожал плечами Грингалл, — но мы не особенно доверяем слухам. Нам никогда не жаловались на него.

— Держу пари, что жалобщики до вас и не дошли бы. Это только случайное совпадение, что Щенок пожаловался. Правда, не тому, кому нужно. Это то же самое, как если бы он пожаловался на Рафано самому Рафано.

— Что вы имеете в виду?

Каллаган выпустил дым. Выражение искренности и полного доверия появилось на его лице — верный признак того, что он лжет."

"— Я скажу вам, как я работал, Грингалл, — начал он.