Блондинка-рабыня

Спрятавшись за деревом, он внимательно осмотрелся.

По всем признакам Джонни был дома: входная дверь была открыта, и дымок вился над трубой.

Феннер опустил руку с револьвером и подошел к двери. Остановившись на пороге, он прислушался: Джонни бормотал что-то. Сделав еще шаг, Феннер остановился.

Джонни стоял спиной к нему. Наклонившись над жаровней, он жарил сало. Почувствовав этот запах, Феннер сморщил нос. Потом быстро окинул взглядом комнату. Стойка с двумя ружьями была как раз у двери, вне досягаемости Джонни. Феннер вошел в комнату, наставив револьвер на старика.

— Салют, Джонни! — Тот обернулся и задрожал.

— Спокойно! — предупредил Феннер. — Вы меня узнаете, Джонни?

— Почему вы мне угрожаете револьвером?

Феннер опустил оружие.

— Вы меня узнали? — повторил он.

— Вы журналист, да?

— Совершенно точно. Мне надо с вами поговорить.

Джонни сел на перевернутый ящик, оттолкнул сковородку в сторону и стал скрести свою щетину. Исподтишка он поглядывал на Феннера.

— Скажите, Джонни, — начал Феннер, — разве вы не знаете, что у вас могут быть серьезные неприятности? Вы рискуете попасть в тюрьму, и очень скоро. Думаете, вам понравится в тюрьме? Никаких выпивок… Если вы будете со мной откровенны, я вас не выдам. Все, что мне нужно от вас, — это кое-какие сведения.

— Я ничего не знаю. Уходите! Почему вы не можете меня оставить в покое, а?

— Рили и его банда были здесь около трех месяцев назад, не так ли?

— Я ничего не знаю о Рили.

— Послушайте меня, старый сморчок, ваша ложь ни к чему не приведет. С ними была дочь Блэндиша. Рили звонил отсюда своей курочке. Она сказала пока об этом только мне, но расскажет и фликам. В хорошеньком же положении вы окажетесь! Они ощиплют вас, как курицу, и вы все им расскажете. Все равно вам придется сказать правду. Так вот, лучше начинайте сейчас… Рили приезжал сюда?

Джонни немного поколебался, потом решил, что лучше начать говорить.

— Да, это правда. Они приезжали с Бели и какой-то красоткой. Пробыли здесь недолго, не более десяти минут. Я не хотел, чтобы они оставались у меня: это было слишком опасно. Не хотел, чтобы за моей спиной бегали флики, и сказал им об этом прямо. Рили позвонил своей курочке, потом они сели в машину и уехали отсюда. Куда — я не знаю.

По его голосу, интонации Феннер чувствовал, что он лжет."

"— Ну что ж, отлично, Джонни, — добродушно проговорил он. — Очень обидно, что вы не знаете, куда они направились: Блэндиш намеревался хорошо заплатить тому, кто скажет ему об этом. Пятнадцать тысяч вам не помешали бы, а?

Джонни беспомощно заморгал. Прошло уже три месяца с тех пор, как он закопал Рили, Бели и Сэма. И какая это была грязная работа! Шульц обещал ему часть выкупа, но до сих пор он не получил ни цента. А ведь он знал, что Блэндиш выплатил им все.