Блондинка и брюнетка в поисках приключений

В тот момент, когда я уже готова была вцепиться упрямице в волосы, в наш экспрессивный диалог вмешался голос со стороны:

– Девушки, купите елочные игрушки! Handmade.

Я бы не обратила на торговца внимания, если бы только голос его не показался мне таким знакомым.

Обернулась – так и есть, Шурик.

Чертов Шурик, обида на которого не прошла и со временем."

"В безразмерной ушанке, видавшем виды тулупе и огромных валенках, Шурик перетаптывался возле раскладного столика, на котором толпились убогие уродливые Дед Морозы, упитанные Снегурочки и кривоухие зайцы, сделанные самым топорным образом из ваты.

– Вот, – он обвел рукой свое богатство, – на Снегурочек сегодня скидка.

– Шурик? – Я нависла над столиком, не веря своим глазам.

Он растерянно заморгал. Видимо, его деморализовала моя меховая шапка, плотно надвинутая на лоб. Декабрь выдался до противного холодным, а мы были избалованы фирменной мягкой европейской зимой.

– Мира, – прошептал он, – и Настасья. Что вы тут делаете?!

– А где мы, по-твоему, должны быть? – с сарказмом воскликнула я. – В тантрической секте? О, кстати, забыла тебя поблагодарить, нам там были очень рады.

Взгляд его заметался, стараясь не столкнуться ненароком с моим.

– Да ладно тебе, – неуверенно улыбнулся Шурик, – надо быть свободнее, раскрепощенней… Мы живем в век, который больше не несет в себе дурацких запретов.

– А я считала, что мы живем в век, в котором гарантируется свобода выбора, – вмешалась Настасья, – а нас опоили наркотическим супом и едва не изнасиловали.

– Нам еле удалось унести ноги, – подтвердила я, – и все благодаря тому, что я с детства не люблю супы.

– Вы сбежали? – заморгал Шурик.

– А ты как думал?

– Шакти ничего не сказала… Не позвонила. Постойте, так вас… не инициировали?

– А ты-то чего так разволновался? – подозрительно прищурилась я. – Тебе-то с этого что?

У него было такое растерянное выражение лица… И вдруг в моем мозгу что-то щелкнуло, и все встало на свои места.

Шурик! Пронырливый Шурик и его нелепые способы самообогащения! И как я могла поверить в его неожиданное просветление! Для того чтобы поставить ему неизлечимый диагноз, стоило только вспомнить историю с зеленым чаем, который он выдавал за марихуану и успешно некоторое время продавал.

– Постой-постой, – я крепко ухватила его за рукав, потому что у Шурика было такое лицо, словно он собирается сбежать, наплевав на своих уродливых ватных Дедушек Морозов, – Шакти тебе платит, да? Чтобы ты приводил новых людей в ее секту?

– Мира, ну зачем ты так…

– Она ему платит? – дошло до Настасьи. – Так вот на какие деньги ты путешествовал в Италию! А ты знаешь, что мы можем подать на тебя в суд?!

Шурик втянул шею в самовязаный грубый шарф.