Блонди и Медведь (СИ)

Кое-где, наоборот, забили сваи, перекрыв русло. И вода пошла в хату… то есть в котлован. Наши папаши уже потирали руки, когда случилось две беды.

– Какие? – слушаю, открыв рот.

– Твой отец проиграл свою долю в карты. Мой выкупил. Потом Фалькон-старший попал на скамью подсудимых. Потап наш ему помогал. Но денег на адвокатов уходило немерено. Фалькон предложил, а отец согласился выкупить. Так «Три медведя» стали собственностью семьи и семейным отелем. Только озеро до сих пор числится как карьер и является собственностью простого товарищества и спорной собственностью.

– Понятно, – вздыхаю я, допивая чай. Захар снова наполняет наши кружки и продолжает. – Так долго продолжаться не могло. Были расходы по содержанию. Надо было оформить все документально. Надо было давать рекламу с озером и привлекать туристов. Твой отец отошел от дел, Фалькон требовал еще какую-то мифическую долю и норовил забрать озеро себе. И тогда твой отец придумал план, – улыбается мне Беров. – Он же был игрок по жизни!

– И что же он придумал? – выдыхаю изумленно и давлюсь чаем.

– Осторожнее, – стучит мне по спине Захар и решает категорично. – Едем домой, Блонди. Уже смеркается. Дорогой расскажу!

Глава 37

Двигатель гудит, как сумасшедший.

– Что-то опять наш космический дилижанс забарахлил, – жалуется сквозь гул Захар. – Держись, Блонди. Ехать будем по-пацански. Стопов-поворотов нет.

– Зачем? – вскидываюсь в ужасе. – Мы же сюда нормально добрались. И поговорить хотели."

"– Потом… Будет время… – отрывисто роняет Захар, разгоняя припадочную машину. – Сейчас главное – до дома добраться. Если этот тарантас сломается, нас только вертолетом смогут вытащить. А это только утром. Никто в поля по пояс в снегу не попрется. Очень опасно, – выговаривает он, прибавляя газку.

Хватаюсь обеими руками за широкую ручку, прикрученную к передней панели, и молчу, вглядываясь в дорогу. Да и нет ее как таковой.

Нелепая машина Захара прет через поля, прямо по снегу, словно лыжню протаптывает на поверхности. Но и вглубь не проваливается. Скользит.

– Вот недаром я воздушную подушку поставил, – радостно восклицает Захар, выезжая на поле. Вдалеке уже виднеются башенки отеля, окутанные вечерней дымкой. А за холмами уже садится солнце, подкрашивая красноватым маревом поля, лесок и сказочный замок Беровых.

– Ну, вот и приехали! – с облегчением выдыхает Захар, тормозя около хозблока отеля. Выключает двигатель. Вылезает сам, подает руку мне.

– Трофим, надо движок глянуть, – орет кому-то вглубь гаража. – Опять стрекочет, зараза!

И не дожидаясь ответа, берет меня за руку и ведет к дому.

– Расскажи про перстни, – прошу я.

– Давай поедим, а? – лениво тянет Захар. И морщится недовольно. – Жрать охота, Блонди.

– Стоп, Беров, – забегаю вперед и преграждаю дорогу.