Блог демона Шаакси, или адская работёнка

Но последствия отравления артефактом, связывающим хаос, ещё не в полной мере выветрились, потому всё, связанное с трансформацией, было мне мало доступно. А без превращений, которые были моей самой сильной стороной, сбежать от Вафа…

Конечно, он меня подловил. Пока по касательной, но лиха беда начало: этот хищник из тех, которому только дай попробовать кровь.

Дерьмо.

Я отскочил на крышу автобуса, давая себе минимальную передышку, стальные перья снова полетели в мою сторону, и уже понятно, что от всех уклониться не получится, придётся выбирать, нога или бок. И, наверное, бок, потому что…

Прямо передо мной раскрылись огромные крылья, закрывая от железного дождя.

Не понял.

Я заморгал, как-от тупо рассматривая внушительный размах и мощные перья. Раскрас как у моей Ангела, но крылья намного мощнее, это существо явно на несколько рангов выше. И это не похоже на крылья Сари, или кого-то из моих знакомых, но всё же так небрежно отмахнуться от Вафовых стальных перьев…

— Ну здравствуй, Варифиэль, старый друг, — эта ироничная интонация в знакомом голосе пустила толпу мурашек по моей спине. — Давно не виделись.

Воздух заискрил. Варифиэля отшвырнуло куда-то на другой конец улицы.

Я таращился на Ангела, широко открыв рот.

Нет, надо признать, она была прекрасна. Во всех возможных смыслах. Эти роскошные крылья, эта аура могущества, что трещит вокруг, как мороз, эти интонации, слишком спокойные и насмешливые для такого молоденького ангелочка… Что случилось за те едва-ли-сутки, что мы не виделись?!

— Ангел, — позвал я едва слышно, но этого хватило.

Она повернулась, и посмотрела на меня теми самыми глазами — как закат над Сахарой, — но теперь они казались безумно старыми.

Знающими.

Я задохнулся.

— Ты…

И замолчал, раздавленный и окрылённый пониманием.

Ты помнишь.

Помнишь.

Она смотрела на меня в ответ.

Да, помню.

Я сглотнул.

За эти тысячелетия люди придумали кучу всяких слов. Они хороши в придумывании слов, разве нет? И мы тоже хороши! Я лично участвовал в процессе становления многих языков, порой весьма и весьма активно. Так почему же в такие моменты слов никогда не хватает? Почему они просто не находятся, почему их недостаточно, почему они кажутся жалкими, даже в половину не соответствующими чувствам, моменту, желаниям?

— Ангел… — попробовал я снова.

— Меня зовут Атиен, — сказала она.

И да, это был, в целом, отличный и всеобъемлющий ответ.

— Здравствуй, Атиен, — вообще не знаю, почему меня принято считать одним из самых красноречивых демонов, если я смог в конечном итоге выродить только это.

И с удивлением обнаружил, что, оказывается, улыбаюсь, как клыкастый идиот.

Позорище."

"Впрочем, её глаза улыбались в ответ, да так ярко, что, казалось, могли ослепить.

— Шаакси… — я скучал по тому, как она произносит моё имя.