Блюз. Музыка времени

К приезду любимого сына и невестки она испекла два пирога, которые любил ее Игореша, приготовила много салатов и запекла утку.

– Сейчас чайку попьем, ну а потом и наши мужчины подтянутся, – улыбаясь, она поставила перед Русланой тарелку с куском румяного пирога с мясом. – Кушай деточка, ты такая худенькая."

"– Спасибо, – поблагодарила она, делая глоток вкусного горячего напитка. – Анна Николаевна, да садитесь вы, не надо суетиться. Попьем чаю, а потом я помогу вам накрыть на стол.

– А Игорь не сказал куда уехал? – поинтересовалась женщина. Несмотря на то что ей было немало лет, Анна следила за собой и выглядела весьма эффектно- безукоризненная прическа и макияж, всегда маникюр, она никогда не встречала сына и невестку в домашнем халате.

– Нет, – покачала головой Руслана. – Но он сказал, что скоро приедет. А где Олег Олегович?

– Уже в дороге, – на лице женщины появилась улыбка. – Как всегда, куда-то вызвали на совещание. Вот давно говорю ему, пора на пенсию, ты свое уже отработал, а он все никак не решится. Всегда один ответ, чем я буду дома заниматься? Вот были бы внуки, – Анна Николаевна хитро улыбнулась. – Что-то ты такая бледненькая. Ты, случайно, не беременна?

От этого неожиданного вопроса Руслана поперхнулась кусочком пирога и закашлялась.

Немного отдышавшись, молодая женщина прохрипела:

– Нет! – и снова зашлась в кашле.

– Ой, милая, – мать Игоря легонько похлопала ей по спине. – Выпей водички.

Она быстро налила в стакан воды и протянула его невестке. Девушка сделала глоток и поблагодарила:

– Спасибо.

Анна Николаевна молчала. Руслана проследила за ее взглядом и поняла, что свекровь смотрит на ее руку. Пока она кашляла, длинный рукав кофты задрался и теперь был виден край желто-фиолетового синяка.

Мать Игоря, побледнев, тяжело опустившись на стул, хрипло спросила:

– Откуда это?

– Ударилась, – Руслана поспешила одернуть рукав и натянула на лицо беззаботную улыбку. – Я просто такая неуклюжая. Как говорит Игорь, на каждый угол натыкаюсь.

Молодая женщина солгала, потому что не знала, как сказать правду матери, которая так обожает своего ребенка. Руслана боялась, что очень огорчит Анну Николаевну, ведь она часто повторяла, какой у нее самый хороший и замечательный сын, поэтому вряд ли поверит такому…

Материнская любовь часто бывает слепа, и девушка опасалась, что может обрести в лице свекрови врага, а еще, что она все расскажет Игорю, и тогда…

– На углы говоришь, натыкаешься? – переспросила Анна Николаевна, и схватив ее за запястье, задрала рукав. Увидев синяки, женщина ахнула и, прижав ладонь ко рту, прошептала:

– Мой сын распускает руки? Он бьёт тебя?!

– Нет, – испуганно покачала головой Руслана. – Я ударилась!

– Не лги! – женщина стукнула кулаком по столу и строго спросила.