Близость. Переходя черту

"

"В какой-то момент, ощущения достигают своего предела, и меня буквально разрывает на куски. Мощнейший оргазм прошибает моё тело, и я разлетаюсь на части, распадаюсь на атомы и собираюсь воедино, чтобы снова разлететься.

Меня трясёт, каждая моя частичка пропитывается сладким удовольствием, чувствую, как в глазах темнеет, а все звуки уходят на второй план.

На периферии сознания, ощущаю, как движения во мне становятся сильнее, и в какой то момент Андрей резко толкается в меня в последний раз и с приглушенным рыком замирает, припадая губами к моей шее.

Мы лежим неподвижно, соприкасаясь потными телами от тяжелого дыхания. Член Андрея ещё некоторое время пульсирует во мне, после чего он аккуратно вытаскивает его, и перевернувшись на бок, притягивает меня спиной к себе.

- Я люблю тебя, Катя. – слышу его приглушённый шёпот, когда его руки сильнее сжимают меня в объятиях. Но не нахожу в себе сил ответить.

Тело становится ватным, и я чувствую, как глаза сами собой закрываются. Последняя мысль, мелькнувшая в моей голове – это то, что сегодня мы стёрли последнюю границу, существующую между нами. Навсегда перешли черту, вернуться за которую невозможно. После чего погружаюсь в глубокий сон.

Глава 38. Андрей

Уже минут двадцать любуюсь спящей Катей, её расслабленным лицом, разметавшимися по подушке волосами, и никак не могу осознать, что всё это теперь принадлежит мне.

Аккуратно тяну вниз одеяло, и как озабоченный подросток, страдающий от спермотоксикоза, любуюсь её обнажённым телом.

Член моментально твердеет от одних только воспоминаний о том, что сегодня ночью я окончательно и бесповоротно сделал её своей. Заклеймил, как того и желал.

Знаю, что повёл себя эгоистично, но никак не мог совладать с собой. В тот момент, когда порвал плеву и оказался внутри неё, мне просто нахрен башню сорвало окончательно. Хотелось взять её грубо и жёстко, резкими, мощными толчками вбиваться в тугую плоть, снова и снова оставлять на её коже свои отметины, как в тот раз, когда набросился на неё после клуба. Даже не представляю, каким чудом мне удалось удержаться. Просто страх причинить ей боль превыше моих собственных желаний. Всегда так было.

Вновь смотрю на Катю. Спящая, она кажется ещё младше, чем есть на самом деле. Для меня она, наверно, так навсегда и останется моей маленькой малышкой, сколько бы ей ни исполнилось лет. И чтобы я не вытворял с ней в постели в дальнейшем, она навсегда останется в моих глазах самой чистой и невинной.

От мыслей о том, что я мог бы с ней сделать прямо сейчас, член становится настолько твёрдым, что это приносит боль. Но как бы мне ни хотелось, понимаю, что в ближайшие пару дней не стану её трогать, потому что, скорее всего, ей всё ещё будет больно.