Близость

Заношу разбитый кулак, хлестко, тяжело дышу, но в этот момент меня сзади хватают и резко дергают с Золотова.

Их несколько.

Они сильнее.

В теории, конечно, потому, что меня кроет так, что их сила оказывается меньше по сравнению с моей яростью. Требуется еще один охранник, чтобы меня скрутить и вытащить из дома Золотовых, а потом выкинуть за пределы загородного комплекса.

А я и сам уйду.

Хуй с ними со всеми. Я уйду сам.

Мне нужна Катя.

Где ее теперь искать? Я не знаю. Машину она бросила, телефон тоже. Я нашел его в помойке, тачку - во дворе. Поеду к себе. Поеду домой. Она же не совсем глупая. Она вернется.

Она вернется…

Прикрываю глаза и даю себе мгновение на панику, которая мигает в башке ярко-красным маревом: она не вернется. Ты ее потерял. Ты навсегда ее потерял…

Нет!

Даю по газам и еду в лофт. Там окна темные, и квартира пустая.

Ее там нет.

Я это знаю, но…может быть?…"

"Поднимаюсь на свой этаж, и пока створки не открылись, у меня есть еще надежда, что моя девочка будет ждать меня у двери, но она распадается на атомы, когда это происходит, и я ее не вижу.

Нет ее.

Господи, как это больно…ее нет. Нет. Нет. И она не вернется, потому что ты - мудак. Ты - самое последнее чмо, Никеевский. Ты - ублюдок…

Я сижу уже который час, вонзив пальцы в волосы. Вокруг темнота. Ее запах еще есть здесь, но от этого еще хуже. Какое мне дело до аромата духов, если нет его хозяйки?

И моей хозяйки?

Что же ты натворил, Дамир?…господи, что ты сделал?…

А главное…зачем? Я ведь даже не хотел их. Точнее, сука, да, хотел. Но не так, как Катю.

Это все пустое.

Это все эксперимент.

Это все Золотов. Он же науськивал меня, и теперь я наконец-то это вижу.

То там скажет что-то вроде «ай, ну ты ж не понимаешь, что такое другая женщина», то тут: «Дамир, да брось. Что ты можешь знать?»

И это дико бесило. Мне казалось, что они все смотрят на меня предвзято, и мое эго вопило. Оно артачилось и кипятилось в груди, а я так хотел доказать, что все знаю о любви.

Нет, не о любви.

О сексе.

Они сомневались в моей мужественности, и я чувствовал необходимость доказать обратное.

Блядь, какой же я был…слепой мудак. Куда меня понесло? Нужно ли это все было? Хотел ли я кого-то из этих женщин по-настоящему?

Нет.

Я знаю, что значит, хотеть женщину по-настоящему. Так у меня было с Катей, а все они? Что это было?

Возможность.

Это была возможность. Я мог себе ее позволить, и я позволял, хотя знал, что Катя будет не рада. Ей это все не нравилось. Почему ты не остановился? Ты же все видел…Дамир, ты все видел! Но Золотов и тут умело гасил все мои сомнения: «Женщины перестраиваются по-другому. Им просто нужно больше времени, поверь. Настя привыкала целый год. Потом они все равно втягиваются. Это весело…»

И я его слушал. Почему? Хотел? Или боялся, что Катя пошлет меня? Что она уйдет?...я этого безумно боялся.