Близость

Это все мое животное начало. Когда вижу тебя - яйца гудят.

В подтверждение его словам член под простыней вздрагивает, а у меня по-глупому кровь приливает к щекам, и я краснею.

Дамир улыбается. Не смеется надо мной, ему нравится, что до сих пор он может вогнать меня в краску. Нежно проводит по моей щеке пальцами и хрипло шепчет.

- Иногда я думаю, что в прошлой жизни был каким-нибудь героем. Спас, наверно, целый город! Точно не меньше.

- Почему?

- Потому что ты - моя. Бывает, я не верю своему счастью, котенок.

От его слов внутри разливается тепло и нега. Я утыкаюсь в грудь носом, пару мгновений молчу, а потом вдруг спрашиваю.

- Ничего не изменилось, да?

Дамир хмурится. Он поддевает подборок пальцами, чтобы я посмотрела ему в глаза, и спрашивает.

- А что должно поменяться?

Я не привыкла скрывать от мужа свои чувства, поэтому легко впускаю его в свою душу. Всегда. И сейчас не исключение.

- Я когда приехала…вокруг было столько красивых людей. Москва манит.

- Ты еще в самой Москве толком не была.

- Это да, но того, что я видела, уже достаточно. Мне на мгновение стало страшно.

- М?

- Вдруг мы не выдержим. В смысле…все эти блага. Деньги. Дорогие номера… - обвожу взглядом шикарную спальню и снова смотрю на Дамира, - Тебе не страшно?

- Что успех вскружит голову?

Киваю.

Дамир усмехается и тянет меня к себе ближе, а когда обнимает, оставляет на макушке поцелуй.

- Ты переобщалась с моей мамой.

- Есть немного, но…

- Католик, прекрати, - шутливо строго заявляет он, - Не загоняйся. Моя любовь к тебе никогда не изменится. Ты - мое все. Мой мир и моя самая любимая девочка. Все это - ради тебя и меня, ради нашего будущего.

Я ему верю.

Мы много говорили о переезде в Москву, и я уже тогда выражала некоторые…опасения. Все-таки огромный город. Его мама поселила в голову чуть больше «против», признаю, но теперь я не могу о них не думать.

Деньги - это хорошо, но у нас резко появились все эти блага, популярность, признание. Дамир уже играл в одном матче и очень хорошо себя показал. Я не сомневалась. Но теперь армия его поклонников растет, и мне страшно.

Так бывает. Успех кружит голову. Не просто же об этом говорят.

- Ничего не изменится, - шепчет он мне на ухо, а потом чуть надавливает на плечо и усмехается, - А теперь...если ты не против еще одного захода…я пиздец как хочу твои губы.

Знакомое возбуждение окатывает с головы до ног. Он знает, как мне нравится, когда он так говорит - я просто искрюсь!

И я искрюсь.

И я не против.

Сомнения стираются. Дамир не изменился. Его взгляд все тот же. И он все тот же. А я…просто себя накрутила из-за волнения. Хватит!

Расслабься, Католик. Хватит причитать.

Перебираюсь на него сверху и медленно веду губами по твердой груди, по кубикам пресса, который так люблю, что обязательно кусаю.

Дамир шумно выдыхает воздух.