Близко

Рома, похоже, всё понял верно и быстро попрощался, взяв обещание пообедать вместе на днях.

Забавно, но сейчас, когда Белоусов вернулся из больницы и поселился у Ромы, они с Бессоновым стали видеться едва ли не чаще, чем раньше. Возможно, Роме раньше докучало внимание Пети и он видел в нём что-то большее? А сейчас расслабился и стал подпускать друга немного ближе.

Что ж, если и так, то хорошо, что всё сложилось именно таким образом.

Впрочем, какие бы интересы Петя раньше не преследовал, сейчас все его потребности вертелись вокруг одного мелкого недоразумения, которое морщило на солнце веснушчатый нос и нервно почёсывало руку.

Эта самая рука была покрыта светлыми, мягкими волосками, и Петю просто клинило на них. Так это было мило…

– Всё в порядке? – вывел его из ступора голос Гоши.

– Всё отлично, – улыбнулся Петя. – Просто чудесно.

***

После завтрака, обильного и вкусного, который Гошик, несмотря на свой бубнёж поначалу, всё же с огромным аппетитом съел, они отправились гулять.

Игорь уговорил Петю оставить машину и просто пройтись.

На самом деле, Петров не гулял по родному городу, пожалуй, со времён студенчества. А за прошедшие десять лет Москва, конечно же, очень изменилась. И сейчас выходило так, что именно приезжий Гошик проводил ему экскурсию, а не наоборот, как было бы логично.

Воскресным утром центр ещё не заполнился ни машинами, ни туристами, потому гулять по нему было особенно приятно. Но ещё приятней эту прогулку делала компания.

За те пару недель, что они прожили под одной крышей, Петя и Игорь, конечно, немного узнали друг друга. Но всё же не до конца. Например, о музыкальных предпочтениях имели весьма поверхностное знание. А музыка, как известно, лучше всего может охарактеризовать человека.

– Тебе что нравится? – спросил Гошик.

Они присели на скамейку в очередном, встреченном на пути сквере, и развернули только купленное мороженое. Классическое шоколадное эскимо. Господи, сколько же лет Петя его не ел?

Обдумывая ответ, он с удовольствием откусил кусок и едва не застонал от блаженства. Невероятно вкусно.

– Джазик какой-нибудь, наверное? – фыркнул Гошка, сделав предположение.

– Роме только такого не говори, – хмыкнул Петров. – За джазик и двор, как говорится.

– Ну а что тогда? – не унимался Игорь, он своё эскимо почему-то не кусал, а весьма развратно облизывал. И от этого в организме у Пети происходили определённые реакции.

Но непохоже было, что Литвин его дразнил. Всё у него выходило само собой.

– Рок, – усмехнулся Пётр. – Не поверишь, но старый волосатый рок.

– У тебя дома пластинки с какой-то скучно классикой, – не поверил Гошка. – Пиздишь.

– Это всё имидж, – неожиданно для себя самого признался Петя. – И музыка эта, и мебель старинная.

– Дурацкая мебель, – поддержал его Игорь.