Держи врага ближе

Охваченный серебристо-бирюзовым свечение учебный меч в моей руке плавными и четкими движениями стремительно теснит его к краю круга. Один точный удар по цели, и тело – кожаный мешок с кровью и костями - разлетится ошметками.

Наконец-то! – орет в голове алчно моя охваченная яростным желанием одержать победу гордыня.

Меня настолько захватывает намерение поквитаться, что не остается даже времени хотя бы на секунду удивиться, отчего вдруг мой эфир - раньше он был жемчужно-белым - поменял свой оттенок.

Руди не может выдержать такого натиска. Сам он эфир не высвобождает.

Глаза словно застилает алая пелена. Я вижу только врага. Того, кого нужно победить, разгромить, уничтожить.

Тело изнутри будто опаляет жар от разносящейся по энергетическим потокам маны. Заношу клинок снова и снова.

Я не слышу возгласов и предостережений.

Руди же справляется. Раз за разом он парирует мои атаки. К чему такие волнения? Все ведь под контролем…

В себя прихожу я резко. Будто ледяной воды окатили из ведра, такое ощущение возникает, когда сталкиваюсь совершенно случайно глазами с замершим на месте Эштоном.

Цепкий, липкий серый бесцветный взгляд с нескрываемым отвращением вперемешку с шоком и восхищением, и… разочарованием?

Не могу оторвать глаз от него.

Неужели я так тебе ненавистна?

Почему это открытие для меня вдруг так ошеломляюще, так отрезвляюще и неприятно действует? Разве…мне важно то, что Эйдж обо мне думает?

И шантаж, и поцелуй этот, и то, как я себя веду, не рассчитано на то, чтобы изменить его мнение о моей персоне в лучшую сторону.

Я не собиралась оставлять свою злодейскую роль в его судьбе. Только изменить для себя последствия от следования подобной участи.

Все мои средства для достижения цели изначально не рассчитаны снискать положительный отклик у главного героя. Прежде чем он овладеет достаточной властью, чтобы отомстить, я успею скрыться с его глаз так, что он никогда не нападет на след, не отыщет меня, чтобы скормить отраву.

Мои настоящие стремления и тайные желания смешались в одну кучу. Казалось, нет необходимости встречаться с ними лицом к лицу.

Я же все это делаю ради себя. Преследую лишь собственный интерес и выгоду.

Руди заносит меч, получив шанс для контратаки.

Меч в руке, лишенный центра тяжести и баланса, вдруг становится непомерно тяжелым грузом. Застыв с клинком на перевес, я не в силах снова его занести даже для простой обороны.

Продолжаю пялиться вперед, в образовавшуюся между одногруппниками пустоту, туда, где еще мгновение назад стоял Эштон.

Ослабевшие пальцы разжимают завхат и меч выскальзывает вниз.

Боль наступает тогда, когда передо мной возникает обеспокоенное лицо Руди.

- Ви! Держи вот так.

Он сует мне что-то белое в руку, прижимает к моей шее.