Держи врага ближе

Да и пришлось быстро привыкать к правилам жизни на улицах трущоб…Когда мне было десять, мне очень повезло. Я умудрился украсть кошель у одного дворянина, но не успел обрадоваться и помечтать о том, как набью до отвала живот, как он быстро обнаружил пропажу и поймал меня. Тогда мне казалось, что это конец и моя короткая жизнь подойдет к концу. С ворами и попрошайками никто не будет церемониться. Я ошибся. Тот мужчина привел меня на порог сиротского дома, поговорил с его владельцами и отдал им все золото из этого самого кошеля. Приютов в столице мало и все они переполнены. Беспризорников же слишком много. Мне повезло. Впервые в жизни.

Сглатываю и глажу Эша по костяшкам пальцев. Он разжимает кулак и берет мою ладонь в свою. Его лицо по-прежнему выражает мало эмоций, но я каким-то образом понимаю, что он раньше не рассказывал никому эту историю.

- Ко мне были очень добры. Я не привык к такому. Мне более была понятная злоба и ярость. Дядя Юджин учил мальчишек искусству меча, и у меня хорошо получалось. Кровь не водица, я помнил, кем был мой отец. Если бы он не умер, был бы он рад, что я продолжаю его дело? Я больше не искал мать, и чем старше становился, тем больше ее ненавидел и не понимал. Деккера, друга и сослуживца отца я встретил совершенно случайно. Он тоже был порядком удивлен меня видеть. Оказалось, он перевелся в столицу и жил неплохо, уверенно продвигался по службе. От него я узнал, почему погиб отец…

Эш втягивает воздух, тема его исповеди приобретает более мрачные черты. Говорить дальше ему не хочется, но он пересиливает себя. Серые глаза ищут мой взгляд, в них мелькает множество эмоций.

- У него был роман. Годами он изменял моей матери с сестрой своего друга. Семья, по которой я так тосковал, никогда не была идеальной. Деккер не сказал прямо, но мне и так стало ясно, что он, возможно, в порыве гнева, оказался повинен в гибели моего родителя…Вероятно, какое-то чувство вины его не покидало и он подсуетился, помог мне, оставшемуся без отца и матери мальчишке, получить стипендию в академию…

Заглядываю снова за спину Эшу, туда, где прислонился к стене подаренный мною от имени Деккера ему клинок. На рукояти поблекшее украшение, сплетенное из нитей. Он не оборачивается, словно и без того зная, что находится в центре моего взора.

- Та красная кисточка…единственное, что мне от них осталось…Символ любви...Смехотворная вещица, которую я хранил долгие годы и от которой не мог избавиться..

Эш улыбнулся, легонько и медленно потянул к себе мою руку, накрыл ее второй своей ладонью. Его руки были такими тёплыми, мне почему-то стало очень тоскливо. И совсем немножко... совсем чуть-чуть, почему-то захотелось заплакать.

Одинокий ребёнок, который нуждался в том, чтобы ему протянули руку и обняли, когда он плачет...вырос.