Держи врага ближе

С несвойственным ему нерешительным и встревоженным видом смотрел на меня. Он выглядел даже... немного жалким. Как ребёнок, которого отругали. Застыл на месте.

- Ненавидишь меня? – спрашивает Эштон робко, с трепещущим в глазах беспокойством.

Крупная фигура поникла и стала казаться меньше.

Какая еще ненависть? И что за слабый голосок? Совсем на тебя не похоже.

Я не испугалась, не убегала. Просто…удивилась. От нашей встречи я ожидала точно не того, что было.

- Н-нет…Ничего подобного, - качаю головой.

Эш берет меня за запястье, в этот раз нежно, так, что можно вырваться в любой момент. Мне действительно хотелось убежать. Но почему-то, хотелось и остаться. Страшно было подумать, что если я уйду, то он снова останется один. Воображение легко рисовало, как парень передо мной погрузился бы в отчаяние и начал страдать.

Медленно и осторожно Эйдж вытягивает руки и заключает меня в объятья. Я застываю, не пытаясь сдвинуться с места или пошевелиться.

Что делать? Нет, правда, что теперь с этим делать?

Нежная ладонь легла мне на спину и было так приятно, что против моей воли силы попросту оставили меня. Его губы были так близко, что я чувствовала чужое дыхание нежной кожей, раздраженной от щетины после предыдущего поцелуя. Промелькнула настойчивая мысль, что нужно оттолкнуть его и сбежать, но тело восстало против моей воли и отказывалось двигаться.

От внезапного шепота и щекотного касания произносящих подобно какому-то заклинанию мое имя мужских губ в правом уголке моего рта у меня подогнулись колени. И очень захотелось сбежать.

Крепко зажмурившись, вцепилась пальцами в верхнюю одежду на чужой груди.

Горячие губы, словно исследовали, касались щек и подбородка, кончика моего носа, избегая губ, мазнули по скулам.

По спине пошла дрожь. Очень сильная дрожь. Я задержала дыхание и отчаянно ждала, когда же она утихнет. Объятия стали крепче, жар и дрожь, которые должны были стихнуть, снова вернулись. А его губы уже добрались до тонкой кожи у мочки уха.

Не могу сдержать тихого стона, в ответ мне звучит глухое рычание.

- Ох, божечки-кошечки! Я так и знал.

Услышав голос, прихожу в себя, будто ледяной водой окатили. Пихаю Эштона в грудь, извиваюсь словно змея, чтобы он меня отпустил, но вывернуться из его цепких рук никак не получается.

- Тобиас, какого даррга? – звучит над головой полный раздражения голос, пока тяжелая пышущая жаром пятерня по-свойски придвигает меня за талию, не позволяя улизнуть.

Капитан Маллет застыл на входе в шатер, в одной руке у него тарелка с большой порцией жаркого, от которого идет пар, а во второй корзинка с хлебом и металлическая кружка с неопознанной жидкостью.

- Ну-с, я с самого начала подумал, что дела могут обстоять подобным образом.