Ближе, бандерлоги!

Просто попасть туда труда не составляет ни малейшего: возле них пасется туча импортных журналистов, и никто их, конечно же, шваброй не гонит, наоборот, привечают со всем усердием. Вот только отношения при этом всегда остаются, если так можно выразиться, чисто официальными: пришли-сделали интервью или поснимали, ушли. Ну, разве что «фронтовики» для них банкетик устроят: журналисты, как все мы, грешные, любят выпить на халяву. А тебя намечено сделать именно что своим парнем…

— И как это у меня получится?

— Есть идея, — сказал Лаврик. — О ней потом. Они не обязательно должны клюнуть, но если не клюнут, нашей вины не будет. А если клюнут — отлично…

— И что мне там у них делать? Чем заниматься и что выведывать?

Лаврик досадливо нахмурился:

— Представления не имею. Честное слово. Мы друг друга знаем пятнадцать лет, даже побольше… Случалось, чтобы я давал честное слово, а потом оказывалось, что обманул?

— Ни разу, — честно признал Мазур.

— Вот и теперь… Честное слово, я просто не знаю, чем тебе там предстоит заниматься. И если позволить себе минутное отступление, между нами: лично я просто-напросто не понимаю, почему на эту операцию бросили именно нас. Уж конечно, не по причине кадрового голода, которого просто не наблюдается… Но почему тут мы, в толк не возьму. Это задача для Комитета или, в крайнем случае, для армейских соответствующих служб. Но в чем тут интерес морской контрразведки, решительно не представляю, как ни ломал голову. Во всех здешних паршивых сложностях я пока не вычислил ничего, что хоть в малейшей степени затрагивало интересы флота. Нет, конечно, нам нужно разыскать долбаного дезертира Спратиса — но этим, во-первых, занимается уже тот же Комитет — у него-то хорошая агентурная сеть, это мы начинаем с нуля. Во-вторых, по моему глубокому убеждению, для поисков Спратиса нет никакой необходимости внедрять тебя к «фронтовикам», — он вздохнул. — Вообще-то можно допустить: есть все же что-то, что напрямую задевает интересы флота, но мне об этом пока что не говорят. Как не говорят о том, что именно тебе придется делать… Ладно. Это тоже побоку. Для начала посмотрим одну пленочку, которую австралийские фрилансеры с собой таскать не должны, — потому что трудненько объяснить, зачем она им, несмотря на всю свою безобидность… Бери стул и пересаживайся сюда, — он показал на место за столом рядом с собой. — Кино смотреть будем…"

"Достал из картонного футляра кассету, вставил ее в видеомагнитофон и надавил большим пальцем. Мазур успел рассмотреть, что на липучке-этикетке шариковой ручкой крупно выведено «Б.К». Вспыхнул экран.