Севастопольский блиц

– Возможно, вы и правы, – согласился генерал Канробер, – но из этого следует, что нам необходимо внести изменения в текущую диспозицию, приведя ее к виду, более пригодному для эвакуации на родину.

– Да что вы говорите, месье! – возмутился генерал Ниель, – его императорское величество никогда не поддастся на шантаж какого-то Артанца – всего лишь князя, а не короля или императора!

– Сказать честно, – сквозь зубы произнес генерал Бизо, – наш Император довольно-таки легковесный человек, и если бы не его достаточно условное родство с императором Наполеоном Первым, ему бы никогда не подняться выше обычного газетного писаки…

– Прекратите эти дурацкие разговоры, месье Бизо! – сказал генерал Канробер, – мы все тут давали присягу и верно служим Императору, и, если надо, без единого стона готовы отдать за него свою жизнь. И в то же время, месье Ниель, вы должны помнить, что сейчас наша армия оказалась разрезана на две изолированные части. При этом второй корпус генерала Мак-Магона отрезан не только от первого корпуса генерала Пелисье, но и от нашей базы в Камышине (временный город в Камышовой бухте с театром, полицейским участком, тюрьмой, публичным домом и, самое главное, модными магазинами), а значит, отрезан от снабжения. Поэтому нам необходимо искать способ воссоединения частей нашей армии. Ведь не будем же мы каждый раз договариваться с русскими и артанцами, посылая обоз от одной части армии к другой.

– Я думаю, – сказал генерал Бизо, – что в этом деле слово Артанца будет потяжелее всех слов русских начальников вместе взятых. Ведь вы же, дорогой Франсуа, давно хотели устроить с ним личные переговоры? Так вот, друг мой – дерзайте, ваш час пришел, у вас есть повод вызвать этого человека на прямой разговор и расставить все точки над «i».

– Наверное, вы правы, дорогой Мишель, – кивнул генерал Канробер. – Итак, мы будем просить возможности без каких-либо унижений и притеснений отвести наш второй корпус на позиции первого, чтобы, как только поступит сигнал эвакуации, немедленно произвести погрузку на корабли. Все согласны с такой постановкой вопроса?

– Да, – сказал генерал Пелисье, – именно об этом и стоит разговаривать. А уж что из договоренного выполнять, а что нет, будет видно потом.

Как ни удивительно, но парламентер, посланный в бывший британский лагерь с тем, чтобы передать Артанскому князю вызов на переговоры, вернулся с утвердительным ответом. Встреча французских генералов с их неожиданным противником должна была состояться на окраине их же собственного лагеря. Артанец выставил условие, что при встрече у каждого из командующих будут по два спутника и по десятку солдат личной охраны. Сказано – сделано.