Блестящая партия

На другое утро за завтраком Джон понял, что его одержимость только усилилась.

— Генри, я рискую вас шокировать, но могу ли я коснуться очень личного предмета?

— Меня не так-то легко шокировать.

— Когда муж развелся с Бет, как вы с ней пережили скандал?

— Ей не давали покоя чувство вины и стыд, а я не смог предотвратить сплетни. Но, как ни странно, едва мы обвенчались и она стала леди Холланд, в обществе нас снова стали принимать, будто ничего не случилось. Вы, разумеется, знаете, что нет ничего более лицемерного, чем английская аристократия? А почему вы спросили о разводе Бет?

Джон посмотрел на Генри, их взгляды встретились.

— Существует некая леди, которая меня интересует. Она оказалась замешанной в скандале, и я очень тревожусь за нее. Поскольку я сейчас в двойном трауре, боюсь, что мое внимание сочтут непристойным, и оно только подольет масла в огонь. А я не хочу причинить ей еще больше неприятностей.

Договорив, Джон отвел глаза."

"«Господи, да он влюблен в Джорджину Гордон!» И Генри сказал, тщательно выбирая слова:

— Конечно, языки будут болтать. Но если вы сделаете эту леди герцогиней Бедфорд, свет станет лебезить перед ней.

— Тогда, пожалуй, мне следует поехать в Париж…

* * *

— Добро пожаловать в Париж, ваша светлость. — Лорд Чарлз Уитворт, английский посол, сердечно пожал руку Джону Расселлу. — Я велел приготовить для вас апартаменты здесь, в посольстве.

— Весьма признателен вам, Чарлз, за любезное гостеприимство.

— Я понимаю, что приглашаю вас не заранее, как полагается, но если герцог Бедфорд будет сопровождать меня на прием, который устраивает Наполеон во дворце Тюильри сегодня вечером, это очень усилит мое влияние.

— Сочту за честь.

Приглашение в Тюильри в его первый же вечер в Париже весьма совпадало с планами Джона.

Прибыв в Тюильри, Джон и посол со своими спутниками поднялись по лестнице, охраняемой двойными рядами французских гренадеров. Потом они прошли через три прихожие, где музыканты в форме играли военную музыку. В золотом салоне его представили Жозефине. Джону показалось забавным, что она окинула откровенно оценивающим спокойным взглядом его высокую фигуру, и ее чувственная улыбка сказала ему, что увиденное ей понравилось.

Гости направились в огромный зал, где им предстояло обедать и где вдоль стен выстроились лакеи в ливреях.

Вскоре в зал вплыла герцогиня Гордон, ничуть не обеспокоенная тем, что они с дочерью приехали с опозданием.

Глаза Джона были прикованы к Джорджине. На ней было серое шелковое платье со скромным вырезом. Она ни на кого не смотрела, ее густые ресницы лежали темными полукружиями на бледных щеках. Джона охватила жалость к ней, и он мысленно выругал Джейн Гордон за ее наглость.

Он не стал к ним подходить и просто смотрел на Джорджину издали.