Блестящая партия

Опустив глаза, он увидел, что брат умер у него на руках.

Потрясенный, убитый горем, он наконец спустился по лестнице, чтобы принести эту трагическую новость тем, кто собрался внизу.

Лорд Холланд схватил друга за плечо.

— Ваша светлость, вы сделали для брата все возможное.

Джон отшатнулся от него.

— Не называйте меня так! Я не хочу быть герцогом Бедфордом.

Но мало-помалу он осознал, что, хочет того или нет, он унаследовал герцогский титул вместе со всей ответственностью, которая ему сопутствует.

* * *

Герцогиня Гордон прибыла в Броум-Холл, почти обезумев от дурных новостей, которые привезла с собой.

— Джорджи, бедняжка моя. Крепись! У меня ужасные новости.

Джорджина быстро поднесла руку к груди.

— Что-то с отцом?

— Нет-нет, гораздо хуже! — Джейн старалась отдышаться, грудь ее высоко вздымалась. — Моё бедное, дорогое дитя. Умер герцог Бедфорд!

— Умер?"

"Джорджина побледнела и поднесла руку к горлу, словно защищаясь. «Господи Боже, я убила его!»

— Ты уверена? — спросила Луиза. — Это не слухи?

— Нет-нет. Весь Лондон взбудоражен этой трагедией.

Принц Уэльский отменил все договоренности и заперся в Карлтон-Хаусе. Договариваются о церемонии похорон… Ждут, что некролог появится в завтрашней «Тайме». Луиза бросила взгляд на сестру.

— Как он умер?

— Рассказывают по секрету, что это было ущемление грыжи. Он каким-то образом получил сильный удар. Королевский хирург, сэр Джеймс Эрли, оперировал его, но ничего не смог сделать, чтобы его спасти.

Джорджина почувствовала себя виноватой, и ей стало не по себе. Она опустилась на стул и закрыла лицо руками.

— Вот истинное несчастье! Все наши планы разбиты вдребезги. Вместо свадьбы будут похороны. Мое сердце этого не вынесет. Моя бедная, бедная деточка!

Вниз торопливо спустился муж Луизы. Он налил немного бренди Джорджине.

— Спасибо, Чарлз. Мне очень нужно взбодриться.

Джейн выхватила бокал из его руки и залпом осушила его.

— Простите меня, пожалуйста, — прошептала Джорджина и выбежала из комнаты.

Луиза поспешила за ней. В библиотеке сестры сели перед зажженным камином.

— Это не твоя вина, Джорджи.

— Нет, моя! Я пнула его ногой в пах.

— Это был единственный способ, каким ты могла защитить себя от этого похотливого негодяя. И потом, это случилось месяц назад и не могло стать причиной его смерти. — Луиза встала на колени и взяла сестру за руки. — Я понимаю, ты чувствуешь себя виноватой, но ты ни за что не должна никому рассказывать о том, что сделала, даже маменьке — особенно маменьке. Я думаю, что тебе вообще не следует ничего рассказывать о Френсисе Расселле, не произносить даже слова критического по его адресу. О мертвых нельзя говорить плохо — таков неписаный закон общества.