Блестящая партия

Френсис снял фрак, швырнул его на стул, развязал шейную косынку и подошел к Джорджине.

— Эта интимная встреча была задумана неделю назад. Я понимаю, для вас все это ново, но бояться нечего.

Джорджина пятилась, пока не уперлась спиной в умывальник. Она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Сердце у нее гулко билось, возмущение нарастало.

— Вы, разумеется, не думаете, что я стану в один ряд с Марианной Палмер и прочими вашими любовницами!

— Конечно, нет — вы будете моей женой.

— Ваша светлость, если вы не уйдете сию же минуту, я закричу, буду звать своего зятя.

— А как вы думаете, кто дал мне ключ от вашей комнаты? Кричите сколько угодно. У этого замка толстые стены. Вас никто не услышит.

Джорджина была потрясена.

— Уильям дал вам ключ?

«О Господи, Уильям ведь видел меня в борделе на Пэлл-Мэлл, куда Френсис Расселл Грязный заманил меня перед Рождеством. Он думает, что мы близки».

Френсис обхватил Джорджину за талию и притянул к себе.

— За вами нужно поухаживать, чтобы вы пришли в щедрое настроение, любовь моя. — Он спустил бретели ее сорочки с плеч и прижался губами к атласной коже. — Думаю, вам требуется урок наедине — урок того, что называют предварительными ласками.

Джорджина оттолкнула его. Теперь она не просто была возмущена, но еще и напугана.

— Вы сошли с ума, Бедфорд? Я вовсе не намерена выходить за вас замуж. Я сказала, что не люблю вас. Черт побери, вы мне не нравитесь!

Он рассмеялся:

— Вы будете умолять меня жениться на вас еще прежде, чем я покончу с вами, любимая.

Он схватился за ее сорочку, Джорджина дернулась, и сорочка разорвалась. Он сорвал с ее тела остатки тонкой белой ткани и отшвырнул в сторону.

Джорджина закричала во всю мощь своих легких. На ней остался только маленький корсетик, который закрывал грудь, и она отчаянно пыталась прикрыть нижнюю часть тела.

Герцог накинулся на нее и крепко сжал в объятиях. Ловкими пальцами он расстегнул на ней корсет, и Джорджина осталась совсем нагая.

Она снова закричала, а он стал спокойно раздеваться.

Постепенно до нее дошло, что никто не собирается прийти ей на помощь. Все это свидание было тщательно продумано, с полного одобрения матери и герцога Манчестера. Даже сестра была замешана в этот план.

Когда Френсис поднял ее на руках и, прижав к своему нагому телу, понес к кровати, несмотря на сопротивление, она поняла: он хочет взять ее силой…

Глаза Джорджины наполнились слезами, и она уже была готова умолять его остановиться, но когда он бросил ее на кровать и навис над ней, что-то щелкнуло у нее внутри: страх сменился неистовой яростью.

— Ах ты, ублюдок!

Она согнула ногу в коленке и ударила его в пах. Герцог завопил от боли и сказал сквозь сжатые зубы:

— Будь вы мужчиной, я бы убил вас.