Блейз Уиндхем

Она парила в ослепительной синеве небес, пока не поднялась на головокружительную высоту и обнаружила, что за ней открывается золотистый простор. Ни о чем не задумываясь, она понеслась еще выше, не в силах отказаться от такого чуда. Она взорвалась блаженством, которое растеклось по ее телу, словно медовое вино, и в этот же миг услышала его громкий крик удовлетворения.

Они лежали, мокрые и задыхающиеся, среди спутанных простыней. Вместе содрогнувшись от угасающей страсти, они затихли, и Энтони взял ее за руку и прильнул к ней в поцелуе. Слова им были ни к чему. Не прошло и нескольких минут, как он заснул, повернувшись на бок и ровно дыша. Блейз улыбнулась, но ее улыбка сразу же погасла. Он доставил ей такое наслаждение, он любил ее. Разве могла она не ответить ему любовью? И все-таки она его не любила. Это было печально, и Блейз понимала: когда-нибудь Тони возненавидит ее за это. Что она за женщина? Она всегда считала, что умеет платить добром за добро, и вдруг оказалось, что она получает больше, чем отдает.

Блейз укрыла их обоих одеялом, окинув внимательным взглядом упругие округлости его ягодиц. Он и вправду был красив, у них должны появиться чудесные дети. «Нет, — тут же одернула себя Блейз, — дети рождаются в любви, а без нее у нас нет никаких шансов. О Эдмунд, помоги же мне!

Неужели я должна разлюбить тебя, чтобы полюбить Тони?

Я не могу! Просто не в силах! Но я должна, должна забыть о тебе, хотя и не знаю, как это сделать». Она глубоко вздохнула, и, к ее удивлению. Тони вдруг повернулся и обнял ее.

— Для женщины ты слишком много думаешь, — тихо произнес он, но в его голосе послышался оттенок насмешки. — Спи, Блейз. Спи спокойно и помни, что я тебя люблю, и, веришь ты мне или нет, я обещаю: когда-нибудь и ты полюбишь меня.

Вот как? Она благодарно прижалась к нему. Неужели Тони прав? На краткий миг она ощутила проблеск надежды.

Глава 13

В середине марта неожиданно наступила весна, и дороги, которые всего две недели назад были завалены снегом, вдруг покрыла вязкая грязь. Лорд Морган прибыл из Эшби, чтобы увезти Дилайт домой. Ему не терпелось выдать ее замуж за некоего ирландского лорда, который пожелал заполучить жену-англичанку. Ирландский лорд и его сын в мае должны были приехать и познакомиться с Дилайт. Больше оттягивать свадьбу было невозможно. Дилайт предстояло выйти замуж этим же летом, и если не за ирландца, то за другого претендента на ее руку. Седьмого июня Дилайт исполнялось восемнадцать лет, и в таком возрасте ее детские капризы казались отцу неуместными.

Но, узнав о его решении, Дилайт мило надула губки и попросила:

— Папа, пожалуйста, позволь мне остаться в Риверс-Эдже до Пасхи. — Она не возражала против предложенного брака.