Блатные псы

Мало ли, вдруг сотрудники откажутся свидетельствовать против своего Одинцова…

Максим открыл машину, Свиблов дал команду, и его помощник полез в салон. Сам подполковник стоял рядом с Одинцовым, наблюдая за его руками. На Санькова он даже не смотрел, как будто был в нем уверен.

В салоне оружия не было, тогда увалень полез в багажник. Первым делом он обследовал пластиковый ящик, вынул оттуда что-то тяжелое, завернутое в полотенце. Одинцов закусил губу. Он уже знал, что находится в этом свертке. И не ошибся – в полотенце был завернут пистолет.

– Я должен сделать заявление, – глядя на Санькова, сквозь зубы процедил Максим. – На этом предмете не может быть отпечатков моих пальцев. Я никогда не прикасался к нему и вижу его впервые.

– Тем не менее это боевое оружие, – с торжествующей улыбкой глянул на него Свиблов. – И у вас не может быть на него разрешения.

– На такое оружие разрешение не выдается, – подавленно кивнул Одинцов.

– Боюсь, что мне придется задержать вас, товарищ майор, – с трудом подавляя свое ликование, сказал Свиблов.

– Вы уже провели экспертизу?

– Баллистическая экспертиза – дело долгое, вы прекрасно это знаете.

Подполковник усмехнулся, взял оружие в руку, заглянул в ствол.

– Нет, не пневматическое. И не травматическое.

– Может, у него спилен боек?

Максим буквально давил на Свиблова, пытаясь вызвать сумятицу в его действиях. И он смог переполошить его. Подполковник вдруг стал оттягивать назад затвор, даже почти его снял, но спохватился, вернул все на место и вложил пистолет в специальный пластиковый пакет.

– Прошу обратить внимание, – глядя на понятых, сказал Одинцов. – Подполковник Свиблов держал пистолет в руках, производил с ним контактные действия. Возможно, он делал это, чтобы сбить с толку следствие, чтобы потом сказать, что нечаянно удалил с оружия жировые отпечатки моих пальцев…

– Одинцов! – одернул его Саньков.

Он призывал его не устраивать здесь балаган, Максим и сам понимал, что ведет себя не совсем достойно и даже нелогично. Но все-таки он должен был цепляться за любую возможность, чтобы остаться на плаву.

– Одинцов! – повторил Саньков, строго, но вместе с тем в замешательстве глянув на него, и кивком головы показал на здание управления: – Давай за мной!

– Товарищ полковник, мы не закончили! – Свиблов резко повел рукой, как будто собирался вцепиться Максиму в руку.

– Заканчивай! А нам надо поговорить!

– Товарищ полковник, так нельзя! – Подполковник растерянно глянул на своего помощника, который суетливо заполнял протокол изъятия.

Дело серьезное, ответственное, любая оплошность могла выйти потом боком. Процесс нужно было держать под контролем, а Одинцов уходил вслед за своим начальником.