Благословите короля, или Характер скверный, не женат!

– Визо сказал, что у вас очень хорошая медицина, и единственная неизлечимая болезнь – это старость.

– Все так, – после короткой паузы подтвердил Ринар. – Но есть болезни, которые лечатся очень долго и нудно. Лично я подписаться на подобное лечение не готов, и тебе не советую.

Правитель Накаса был слишком серьезен, и отмахнуться от его слов не получилось. В зал переговоров я вернулась слегка расстроенной. А добравшись до королевского места, быстро выпила половину от того, что оставалось в стакане, и протянула его Ринариону.

– Лучше поставь, – взглянув сперва на декольте, потом на бедра и лишь после этого на руку, хрипло сказал тот.

Я, само собой, подчинилась.

Опустившись на стул, пронаблюдала, как величество допивает столь похожую на воду жидкость, и спросила:

– Что теперь?

– Работать, – буркнул самодур после паузы. И уже помощникам: – Сарс, с тебя протокол переговоров. Бирис, с тебя анализ введения опознавательных бляшек. – Ну и мне, напоследок: – А с тебя, Света…

– Просто сидеть и молчать, – не сдержавшись, перебила я. – Ведь это не так уж сложно.

Как ни странно, но к ироничному тону и передразниванию Ринар отнесся нормально. Даже улыбнулся уголками губ. Тут же отступил и кивнул на дверь, непрозрачно намекая, что гостье этого неласкового дома следует оторвать попу от стула и проследовать за остальными.

Я опять-таки подчинилась. А смысл брыкаться? Тем более сейчас, когда во мне некоторое количество такого замечательного, хоть и очень вредного зелья.

Прежде чем покинуть зал, я слетала в примыкающую гостиную и забрала книжку. Остальные, к моей огромной радости, взялся отнести Бирис.

После короткой прогулки по пустынному дворцу наша маленькая компания оказалась в королевском кабинете. Сарс сразу проследовал к своему столу, Ринар тоже на рабочее место отправился. Ну и Бирис туда же, правда, после того как сгрузил книги на высокую, явно декоративную стойку."

"Мне же остался диван, на который, невзирая на действие антивозбудина, опустилась с некоторым содроганием. Просто воспоминания о том, что совсем недавно на этом диване происходило, были слишком свежими – как тут спокойствие сохранишь?

Зато его величество, проходя мимо места проверки, даже бровью не повел. А едва уселся в свое огромное роскошное кресло, мгновенно зарылся в бумаги. Смешно сказать, но королевское равнодушие чуть-чуть, самую малость задело. Впрочем, людям его положения такая черствость свойственна.

Придя к этому выводу, я усмехнулась и, со скрипом вспомнив номер страницы, открыла книгу. И вновь погрузилась в чтение бесконечных тяжеловесных описаний…

Удивительно, но в какой-то момент по-настоящему втянулась и отвлеклась совсем не потому, что скучно стало. Причиной была не зевота, а излишне пристальный взгляд.